Эффект плацебо


​​​​​​​Фармацевтические компании на поиски новых эффективных лекарств тратят колоссальные средства, а люди между тем носят замечательную бесплатную аптечку внутри себя. 19 февраля 1796 года в США был выдан первый патент на медицинское изделие. Право получать доход от своего изобретения на целых 14 лет застолбил врач-самоучка из Коннектикута Элиша Перкинс (Elisha Perkins). Уже не первый год он излечивал пациентов от ревматизма и всевозможных воспалений при помощи двух металлических палочек, которые «вытягивали» из тела болезнь за счет «электрофизической силы». Перкинс уверял, что его «прибор» помог более чем пяти тысячам больных; чудодейственную силу палочек подтверждали именитые доктора и ученые того времени.

Лишь после смерти изобретателя в 1799 году выдающийся британский врач и естествоиспытатель Джон Хейгарт (John Haygarth) провел слепой тест (кстати, тоже один из первых в истории медицины) «вытягивателей», как называл их Перкинс, и выяснил, что никакого эффекта они не оказывают. Но множество больных уверяли, что от воздействия палочек им стало лучше! Пациенты Перкинса излечивались благодаря эффекту плацебо — пожалуй, самому удивительному явлению в медицине.

Врачи и целители использовали плацебо с незапамятных времен. До эпохи Просвещения было в принципе сложно отделить магические ритуалы от работающих методов, так что «пустышками» было большинство используемых «лекарств». Один из отцов-основателей и третий президент США Томас Джефферсон писал в дневнике, что его знакомый чрезвычайно успешный врач «использовал хлебные шарики, капли из подкрашенной воды и порошок из сожженных орехов пекан чаще, чем все другие лекарства вместе взятые». Автор знаменитой статьи «Мощное плацебо» (Powerful Placebo) Генри Бичер (Henry Beecher) во время Второй мировой войны обнаружил, что солдаты, которым вместо закончившегося морфия вкалывали физраствор, всё равно говорили, что боль уходит.

В клинических исследованиях плацебо впервые задействовали в 1938 году. Сотрудники Миннесотского университета (США) тестировали вакцины от простуды на студентах. До выхода этой работы при исследовании новых лекарств состояние пациентов, принимающих препарат, сравнивалось с состоянием испытуемых, которые не получал никакого лечения. Американские же ученые обращались с экспериментальной и контрольной группами одинаково, только студенты из второй группы получали стерильный физраствор или пилюли с молочным сахаром лактозой, но были уверены, что им дают настоящую вакцину. Средство от простуды себя не оправдало, однако работа всё равно оказалась значимой: студенты из контрольной группы в течение двух лет болели простудой реже, чем до исследования!

Постепенно ученым и медикам стало ясно, что игнорировать эффект плацебо при разработке и применении новых препаратов нельзя. Более того, в 2013 году исследователи из Оксфордского и Саутгемптоновского университетов выяснили, что 97% британских врачей хотя бы раз в жизни назначали пациентам заведомые «пустышки». Однако как именно сахарные шарики или угольные порошки влияют на здоровье, остается неясным до сих пор.

Чаще всего под термином «плацебо» подразумевают таблетки с каким-нибудь безвредным, но совершенно бесполезным для человека веществом. Однако чудодейственный эффект дают также приборы (в том числе выключенные), приспособления вроде Перкинсовских палочек и всевозможные манипуляции, в том числе «ложные» операции, когда пациенту под наркозом делают надрез и накладывают швы, но не проводят никаких манипуляций.

Лучше всего плацебо излечивает боль. Это ощущение субъективно и его сила во многом зависит от восприятия самого пациента. В ходе многочисленных опытов экспериментаторы выяснили, что после приема «обезболивающих» таблеток или применения плацебо-крема испытуемые заявляли, что боль от уколов или разрядов тока уменьшалась в среднем на четверть, а то и вполовину. Обычная головная боль также прекрасно излечивается «пустышками».

Анальгезирующий эффект плацебо блокируется налоксоном — молекулой, которая связывается с опиоидными рецепторами, не позволяя другим веществам (например героину) «сесть» на них. Это означает, что ложные обезболивающие запускают выработку в мозгу собственных опиатов — эндорфинов, энкефалинов и других. «Плацебо действует центральным образом, то есть влияет на “железо” — базовые биологические системы, которые обеспечивают, например, ответ на болевой синдром. Известны случаи, когда люди были настолько убеждены, что им будет не больно, что их уверенности хватало для проведения операций без анестезии», — рассказывает доктор медицинских наук, руководитель лаборатории психофармакологии Научного центра психического здоровья РАМН Маргарита Морозова.

Почти так же хорошо плацебо справляется с депрессией. В 1998 году американские исследователи Ирвинг Кирш (Irving Kirsch) и Гай Сапирштайн (Guy Sapirstein) проанализировали итоги 19 клинических испытаний антидепрессантов (в том числе знаменитого прозака) и пришли к выводу, что как минимум на 75% действие таблеток объяснялось эффектом плацебо. Многие коллеги критиковали методы Кирша и Сапирштайна, но почти все сходятся во мнении, что лекарства от депрессии действительно зачастую эксплуатируют веру пациента в то, что он излечится. «Пациенты с тревогой и депрессией реагируют на плацебо как на лекарство особенно часто, — говорит Маргарита Морозова. — Причем нередко им становится лучше просто от самого факта обследования, разговора с врачом, медицинских процедур, пребывания в больнице. В этом смысле белый халат, тонометр и термометр — тоже отличные “лекарства”. Более того, значительный плацебо-ответ отмечается даже у больных шизофренией, переживающих острый психоз. Однако его почти совсем нет при длительном лечении, когда лекарство призвано предупредить развитие следующего болезненного эпизода».

Еще один недуг, поддающийся воздействию плацебо, — паркинсонизм. В мозгу больных умирают нейроны, которые производят нейромедиатор дофамин. На начальных стадиях пациентам становится сложно ходить, у них дрожат руки и голова. Постепенно развивается деменция — старческое слабоумие. Паркинсонизм неизлечим, но, как показали многочисленные исследования, прием плацебо значительно улучшает двигательные функции. Эффект напрямую зависит от того, насколько врачу удастся убедить пациента, что препарат ему поможет.

В той или иной мере плацебо помогает пациентам с тревожными расстройствами, болезнью Альцгеймера, проблемами с сердечно-сосудистой и дыхательной системами, расстройствами иммунитета. Единого мнения насчет того, как действует плацебо, нет, но чаще всего ученые спорят о двух основных путях.

Один из механизмов, которые включаются при приеме плацебо, — так называемое ожидание ответа. Когда пациент уверен, что назначенное врачом лечение поможет, он приписывает субъективные изменения самочувствия действию таблеток. Этот путь особенно значим для болеутоляющих плацебо.

Степень исцеления тем выше, чем более доброжелателен и убедителен врач. Действенность плацебо заметно повышается, если пациент уверен, что принимает дорогое лекарство. В 2006 году профессор психологии и поведенческой экономики Дэн Ариэли (Dan Ariely) из университета Дьюка (США) выяснил, что одна и та же таблетка снимает боль от удара током у 85% испытуемых, если они уверены, что она стоит 2,5 доллара, и только у 61%, когда заявленная цена составляла 10 центов (на самом деле в обоих случаях добровольцы получали витамин С).

Еще один способ повысить веру больных в эффективность «лекарства» — выбрать более «серьезный» способ его введения. Исследования голландских ученых, проведенные в 2000 году, показали, что обезболивающее действие плацебо при мигрени почти на 7% выше, если врач делает инъекцию, а не предлагает препарат в таблетках.

Вторая теория, объясняющая эффект плацебо, связывает его с классическим условным рефлексом по Павлову. В опытах русского физиолога собак приучали к тому, что еда всегда сопровождается звуком колокольчика или включением лампочки. После нескольких тренировок, если собака слышала звонок или видела свет, у нее начинал выделяться желудочный сок и слюна. Пищу Павлов назвал безусловным раздражителем (стимулом), а звонок и лампочку — условными.

В случае с плацебо безусловными раздражителями служат уверения врача, что лечение поможет, либо предыдущий опыт использования похожих препаратов. Прием «пустышки» — условный раздражитель, который запускает условный рефлекс — то есть положительный эффект от «лекарства».

У людей разделить ожидание и ответ на павловское научение зачастую невозможно, зато в опытах на животных были получены очень наглядные подтверждения теории условного рефлекса. Самый показательный опыт провели в 1975 году Роберт Адер (Robert Adair) и Николя Коэн (Nicola Cohen) из Рочестерского университета (США). На первой стадии они давали крысам сахарный сироп с выраженным вкусом, в который был добавлен циклофосфамид — вещество, подавляющее иммунный ответ. Через некоторое время исследователи убрали из сиропа активное вещество, однако организм животных по-прежнему реагировал на него, снижая работу иммунной системы.

Похоже, что в развитии эффекта плацебо в той или иной степени задействованы оба механизма, но как бы то ни было, действие «пустышек» не фикция, придуманная пациентом, а реальный процесс, изменяющий работу нервной, гормональной и даже иммунной систем. При помощи МРТ исследователи выяснили, что в мозгу пациентов, принимающих плацебо, активируется множество зон, немалая часть которых отвечает за сознательную деятельность.

Другими словами, сахарные шарики и физраствор становятся «волшебными» в результате самовнушения, которое запускает в организме те же процессы, что происходят при приеме настоящих лекарств. Как говорит один из главных специалистов по изучению плацебо Тед Капчук (Ted Kaptchuk), профессор Гарвардской медицинской школы (США), прием «пустышек» и даже сам факт проведения медицинских процедур «двигает в мозгу пациента множество молекул, причем это ровно те же молекулы, которые активируются лекарствами».

Сила самовнушения столь велика, что работает даже тогда, когда пациенты знают, что принимают плацебо. Эффект особенно заметен, если предварительно врач расскажет что «пустышки» часто помогают больным. Это явление назвали «метаплацебо», и оно позволяет докторам не врать пациентам, назначая им заведомо бесполезные лекарства.

Но чем серьезнее болезнь, против которой нужно найти лекарство, тем сложнее — с моральной точки зрения — использовать плацебо. Пациенты из контрольной группы не получат лечения, и их здоровье может быть серьезно подорвано — вряд ли кто-то даст согласие на такое. Так что сегодня новые препараты всё чаще сравнивают не с плацебо, а с уже существующими лекарствами.

У потрясающей силы самовнушения есть и обратная сторона. Иногда уверенность больных, что им стало лучше, никак не связана с реальным состоянием их здоровья. В 2011 году при исследовании нового лекарства от астмы альбутерола больные, принимавшие и плацебо, и препарат, заявляли об одинаковом улучшении самочувствия. При этом измерение объема выдыхаемого воздуха (объективный показатель состояния бронхов) выявило, что состояние дыхательной системы у пациентов из контрольной группы не изменилось.

Кроме того, плацебо действует недолго и «лечить» с его помощью хронические состояния нельзя. «Мы наблюдали значительный эффект плацебо, когда испытывали препараты для облегчения непсихотических симптомов (нарушение внимания, памяти, апатия) шизофрении, — рассказывает Маргарита Морозова. — Пациенты, которые принимали “пустышки”, в тестах на память и внимание в течение полутора месяцев показывали улучшение результатов не меньше, чем на препарате. Вероятно, здесь большое значение имеет антураж исследований: врач уделяет пациенту больше, чем обычно, времени, рассказывает про механизм действия, больные приезжают в клинику к определенному часу, проходят непривычные процедуры, детально анализируют свое состояние, — всё это формирует такой мощный эффект плацебо и в контрольной, и в исследуемой группе, что различить действие лекарства становится очень сложно. Но больше 1,5–2 месяцев плацебо не работает, его эффект сходит на нет». Впрочем, есть данные, что при некоторых состояниях эффект плацебо длится до 2,5 лет, но они нуждаются в дополнительной проверке.

Наконец, в плохое наш мозг верит так же сильно, как и в хорошее. Если сказать пациенту, что выписанное лекарство слабо помогает, то эффект от его приема заметно снизится. Более того, когда больной знает, что у препарата есть серьезные побочные действия, вероятность того, что они проявятся, возрастает — это называется эффектом ноцебо.

В 2005 году Капчук давал испытуемым, у которых болели суставы, таблетки, содержащие только кукурузный крахмал, и проводил иглоукалывание при помощи задвигающихся игл. При этом всем больным рассказали, что лечение часто дает неприятные побочные эффекты. Через две недели после начала курса треть пациентов сообщила о всевозможных последствиях, включая аллергическую сыпь на несуществующие иглы. Эффект ноцебо очень опасен – особенно когда врачи не знают о его существовании. Из-за жалоб на побочные эффекты они меняют назначенные ранее препараты на менее действенные, хотя нередко здоровье пациентов ухудшается лишь из-за чрезмерного внимания к инструкции.

Эффект плацебо силен, но некоторые люди подвержены ему больше остальных. «Чем более инфантилен человек, тем сильнее у него проявляется эффект плацебо, — говорит Маргарита Морозова. — А люди с психосоматическими расстройствами обычно инфантильны. Так же, как маленькие дети, они реагируют на неприятности телом — отсюда как раз их боли неясной природы. И так же, как дети, инфантильные люди очень внушаемы».

Ученые пытаются отыскать и генетические особенности, которые определяют подверженность эффекту плацебо. В 2012 году исследователи из Гарвардской медицинской школы и Медицинского центра Бет Израиля выяснили, что пациенты с определенным вариантом гена, кодирующего фермент катехол-О-метилтрансфераза (КОМТ), сильнее остальных реагируют на плацебо и фальшивое иглоукалывание. Этот фермент, в частности, отвечает за распад в мозгу дофамина, и авторы предлагают ученым исключать людей с такой генной вариацией из контрольных групп. Скорее всего, в будущем исследователи найдут и другие генетические маркеры, влияющие на способность к самовнушению.

Плацебо — чрезвычайно многообещающее явление. Да, оно работает не всегда — скажем, лечить с его помощью рак или бактериальные инфекции массово не получится (хотя единичные случаи излечения раковых больных «пустышками» отмечались). Если ученые смогут разобраться, как возникает эффект плацебо, они смогут выявить резервный потенциал организма, который заставляет мозг вырабатывать опиаты, а тело — активировать иммунную систему. А это уже прямой путь к новым эффективным лекарствам, использующим не внешние стимулы, а собственный потенциал нашего организма.

Степень проявления эффекта плацебо зависит от уровня внушаемости человека и физиологической возможности образования необходимых химических соединений. См.→

Для отправки нажмите Ctrl+Enter, осталось символов для ввода: 1000

Комментарий принят на модерацию

Яна 25 февраля 2015 10:07:15

Медицина будущего будет основываться не на эффекте лекарства, а на "силе духа" человека. Ведь в человеке изначально заложена программа самоисцеления, но она повреждена на ментальном уровне.Человечество слишком много испытывает негативных эмоций, поэтому и разрушает собственное здоровье. Внутри у всех живых существ есть своя аптека, способная "найти нужное лекарство" в самом организме и применить его. Нельзя лечить один орган, надо воздействовать на всё существо в целом - тело и душу, тогда и любую болезнь можно победить.

Развитие темы

Самые популярные материалы