Опека - тактика семейного воспитания

По сути, диктат родителей и опека - явления одного порядка. Различия в форме, а не в существе. Да, разумеется, диктат предполагает насилие, приказ, жесткий авторитаризм, а опека - заботу, ограждение от трудностей, ласковое участие. Однако результат во многом совпадает: у детей отсутствуют самостоятельность, инициатива, они так или иначе отстранены от решения вопросов, их касающихся, тем более, общих проблем семьи.

Возникающий еще в раннем детстве импульс, почти инстинкт "Я сам", уступает место вялому безразличию: "Пусть мама, пусть папа сделают, решат, помогут". "Диктат снизу" - деспотизм ребенка, о котором было только что сказано, - это тоже оборотная сторона чрезмерной опеки, утверждающей ребенка в позиции маленького божка. Однако вовсе не обязательно опека порождает крайности деспотического поведения. Этого может и не быть, если родители не теряют чувства собственного достоинства и умеют заставить себя уважать. Но и в этом случае негативные последствия опеки как тактики семейного воспитания обязательно скажутся.

Вопрос об активном формировании личности ребенка отходит на второй план. На авансцену педагогического действия выходит другая проблема - удовлетворение потребностей ребенка и ограждение его от трудностей. Опека как воспитательная тактика - откровенный враг трудового воспитания, потому что опекаемого, прежде всего, ограждают от трудовых усилий и ответственности. Погубить человека с помощью чрезмерной опеки, в общем-то, легче, чем осчастливить.

Вспоминается остроумная сказка одного из современных писателей. Здесь фигурируют традиционные персонажи: отец, мачеха, родная дочка, падчерица. Конечно, мачеха стремится погубить постылую падчерицу и осчастливить любимую дочку. И, конечно, все это происходит при полном непротивлении отца, души не чающего в злодейке-мачехе. Однако сказка не течет по знакомому руслу.

Мачеха обнаруживает незаурядные способности и, во всяком случае, в социальной психологии семейных отношений превосходно ориентируется. Она устраивает так, что на перинах нежится не ее родная дочка, а ненавистная падчерица. Она же, эта падчерица, сладко ест, сладко пьет да на сводную сестрицу покрикивает. А та весь день в работе и в лесу, и в поле, и дома. Коварный план приносит свои плоды. Как и следовало ожидать, появляется прекрасный принц и, конечно же, влюбляется в скромную, работящую и умную мачехину дочку и со смехом отворачивается от падчерицы, дурехи, бездельницы и сладкоежки... Что же, эта сказка имеет глубокий смысл и неплохо иллюстрирует возможные плоды опеки как системы воспитания.

Бережная материнская любовь, не уравновешенная отцовским требовательным подходом, легко портит детей.

Родители, которые постоянно озабочены тем, чтобы на их дитя не свалились какие-либо житейские трудности, чтобы не него, упаси боже, не дунул ветер повседневности, чтобы его не продуло в парной атмосфере семейной оранжереи, фактически делают всю работу за него. Они, по существу, отказываются подумать о серьезной подготовке подростка к столкновению с реальностью за порогом родного дома. А, следовательно, оказывают дурную услугу родному дитяти, которому, скажем прямо, никто в дальнейшем, кроме них, подстилать перинку не станет.

Но вот интересное обстоятельство. По данным психологических наблюдений, именно эта категория подростков дает наибольшее число срывов и "восстаний" в переходном возрасте. Как раз эти дети, которым, казалось бы, и жаловаться не на что, настолько вольготно они устроились в семейном гнездышке, начинают бунтовать против родительской опеки. В чем дело? Неблагодарность? Но она тоже должна иметь свои объяснения. Что же еще?

Однако объяснить это не так уж трудно. Как свидетельствуют данные возрастной психологии, центральным новообразованием в подростковом возрасте становится формирующееся "чувство взрослости", стремление если не быть, то во всяком случае считаться взрослым. Возникающая новая жизненная позиция подростка, который всячески стремится утвердить свою независимость, вступает в противоречие с повседневной опекой, и это становится почвой, порождающей конфликты и протест.

Вчера еще мать санкционировала выбор друзей, выбирала одежду и обувь по своему вкусу, заботливо заматывала шарфом шею и застегивала верхнюю пуговицу пальто - ты подвержен простуде! - проверяла домашние задания, тянула из рук тяжелый чемодан - отдай папе, не забудь, что у тебя было расширение паховых колец, ты что, грыжу хочешь заработать! И это принималось как должное. А сегодня...

- Чтобы я такое надел?! Вы мне еще слюнявчик нацепите и пинеточки! - У нас все ребята ходят без шапок. Ну что ж с того, что восемнадцать градусов. У меня вон какие волосы густые, никакой мороз не возьмет. - Давайте договоримся раз и навсегда. Мой дневник не календарь - нечего туда каждый день заглядывать. Слышал, слышал, как папа учился. Ваш аршин - не международная мера...

По всем позициям - афронт. И понять что-либо родителям трудно, и сделать ничего нельзя: все встречается в штыки - подозрительно, непримиримо. Пожинаются плоды чрезмерной опеки; пружина, сжатая до предела, распрямляется, ломая сложившуюся систему семейных отношений. Бунт против ласковой опеки папы и мамы по своим последствиям мало чем отличается от борьбы против родительского жесткого диктата. Форма протеста может быть разной - от холодной вежливости отстранения и отчуждения до грубого, безжалостного отпора. Это уже зависит от индивидуальных особенностей личности подростка и характера реакции родителей на складывающуюся ситуацию.

Трудно дать рецепт, как вести себя в этой критической ситуации родителям. По всей вероятности, нет такого рецепта, годного для каждой семьи. Одно очевидно - следует решительно пересмотреть систему отношений с сыном или дочерью. Найти пути гибкого перехода от того типа общения, который характеризуется "моралью послушания", к типу отношений, специфических для общения взрослых людей.

Конечно, взрослому человеку крайне трудно преодолеть инерцию сложившихся отношений с детьми. Многие рассуждают так: "Какой же он взрослый, он и сегодня как следует шею и уши вымыть не умеет", "Взрослый, а копейки в жизни не заработал самостоятельно". Так-то оно так, да только взрослость эта меряется с двух сторон разными мерками.

Родители принимают во внимание относительную стабильность жизненной ситуации подростка (он был и остается школьником, материально полностью от них зависимым), наличие у него зримых детских черт - "за моим-то не углядишь, так он пять ложек песку в чай бухнет!" - и делают заключение: "какой же он взрослый - как был несмышленым, таким и остался, даром что усы пробиваются". Скажем прямо, этот вывод и субъективен, и сомнителен.

Если иметь в виду позицию и мерку подростка, то здесь другая логика: "Мне шестнадцать лет, книг я прочитал, может быть, в два раза больше, чем вы с отцом, вместе взятые. Что же из того, что я не зарабатываю, сами не захотели, чтобы я, закончив девятилетку, работать пошел - не стал бы сидеть у вас на шее до черт знает какого возраста. Почему ребята во дворе, даже те, кому уже в армию идти пора, меня за маленького не держат, а дома что хотят со мной, то и делают, как с первоклассником. В спортсекцию не пускали - руки-ноги мне там сломают, а у меня теперь разряд по самбо, это что, пустячок? С Ритой у нас все очень серьезно, а отец со смешком спрашивает: ты, наверное, еще с девчонками дерешься?"

​Этот или какой-либо другой, подобный внутренний монолог произносит не один мальчишка, которому родители дают понять, что он все еще нуждается в опеке. Бесспорно, и он далек от объективности, и реально у него не так уж много оснований претендовать на права взрослого. И все-таки равновесие в семье восстановится только в том случае, если стороны найдут формы разумного компромисса, и отец и мать отнесутся с должным уважением к правам взрослеющего члена их семейства.

Но, что важно подчеркнуть, конфликт не возникает в семьях, где, не отказываясь от контроля, без которого немыслимо воспитание человека, родители еще в младшем школьном возрасте сводят опеку до минимума. Если позволительно здесь такое сравнение, они, удерживая главные стратегические высоты семейной педагогики, а именно, контролируя соблюдение норм морали, заботясь, чтобы их ребенок не рос иждивенцем и трутнем, чтобы он выполнял свой общественный долг, хорошо занимаясь в школе, - представляют ему максимальную самостоятельность в решении постоянно возникающих тактических задач, вмешиваясь лишь тогда, когда не вмешаться невозможно, и отнюдь не по каждому поводу и случаю.

Если опека, которая представляет собой форму определенной активности родителей в системе семейных отношений, приобретает характер принуждения детей к ответственности и самостоятельности, то пусть будет опека! Вреда она не принесет и конфликта не породит. Говорят, что война - это порождение дипломатии, но другими средствами. Если относительно мирные семейные отношения заходят в тупик, если тактика диктата встречает сопротивление и, что называется, коса находит на камень - в чьих бы руках эта коса ни находилась, старших или младших, - если опека становится обременительной и с нею не желают больше мириться, а опекающие не намерены от нее отказываться, что тогда-то и пускаются в ход эти самые "другие средства".

Для отправки нажмите Ctrl+Enter, осталось символов для ввода: 1000

Комментарий принят на модерацию

Развитие темы

Связанные статьи

Самые популярные материалы