Параноик и жертвенность

Автор - А.П. Егидес. Книга «Как разбираться в людях, или Психологический рисунок личности»

Жертвенность и жертвоприношение

Паранойяльный человек может выдержать много испытаний, невзгод, лишений, пытки, репрессии, даже принять смертную муку за свою идею.

Монах Джордано Бруно 12 лет шел к костру на одной из центральных площадей в Риме, где ему спустя века поставили памятник. А ради чего ? Чтобы не говорить того, что не считал истиной.

Вот Галилей, когда его прижали инквизиторы, отрекся от истины и только «в кулуарах» произнес трагически знаменитую фразу: «А все-таки она вертится!» А Бруно свою истину декларировал не в кулуарах, а в лицо мракобесам.

Когда летит на пламя мотылек,

О смерти он своей не помышляет.

Когда олень, от жажды изнемог,

Спешит к ручью, он о стреле не знает.

Когда сквозь лес бредет единорог,

Петли аркана он не примечает.

Я же лес, в огонь, к ручью себя стремлю,

Хоть вижу стрелы, пламя и петлю.

Это стихотворение встретилось мне в трактате «О героическом энтузиазме» Джордано Бруно. Он приписывает его поэту Тансилло, но, возможно, что это псевдоним самого Бруно. Так или иначе, оно выражает ту идею жертвенности, которая бывает свойственна паранойяльным людям. Прекрасные стихи, прекрасное и трагическое содержание.

Но больше, чем идея жертвенности, паранойяльному свойственна идея жертвоприношения.

Даже сыновьями жертвовали паранойяльные (Авраам, Петр I, Сталин), не говоря уже о чужих по крови людях. Жертвоприношение и жертвенность часто идут рядом. Если я жертвую собой, то имею якобы право принести в жертву и других, потребовать от них жертвы. В жертву должно быть принесено иногда даже право на смерть, на суицид. Христианская религия запрещает самоубийство, оно карается адом. А в стихотворении поэта послевоенной и шестидесятнической эпохи Бориса Слуцкого «Кельнская яма» есть строки:

А если кто больше терпеть не в силах,

Партком разрешает самоубийство слабым.

То есть в принципе не разрешает, но в порядке исключения может разрешить. Вот так!

Увы, сами паранойяльные все-таки зачастую почему-то не хотят быть жертвой. Они посылают на смерть («Но человека человек послал к анчару властным взглядом»), а сами погибать не хотят.

В фильме о Ломоносове сценариста Осетинского и режиссера Прошина есть такой эпизод. Паранойяльный лидер-раскольник собирает всех в деревянной церкви для самосожжения, а сам выбирается потайным ходом. Юный Ломоносов упрекает его: «Детей и баб пожег, а сам не сгорел...»

Такая вот нравственная «диалектика» свойственна некоторым паранойяльным.

Для отправки нажмите Ctrl+Enter, осталось символов для ввода: 1000

Комментарий принят на модерацию

Развитие темы

Самые популярные материалы