Самоактуализация как движущая сила личностного развития: историко-критический анализ (Д.А. Леонтьев)

Судьба понятия самоактуализации в какой-то степени повторяет судьбу таких понятий как «либидо» или «архетип» — будучи введено как объяснительное понятие в конкретно-научном контексте, оно «пошло в народ» и влилось в повседневную речь, оказывая мощное влияние на обыденное сознание людей. Популярность идей Карла Роджерса и Абрахама Маслоу давно перешагнуло границы психологической науки. В научном же плане начиная с семидесятых годов прошлого века эти идеи не получили нового развития. В результате подавляющее большинство психологов, не говоря уже о непсихологах, используют это понятие не в его конкретно-научном значении, а в патетическом эмоциональном ореоле его обыденного употребления, не отличающего самоактуализацию от самореализации, самовыражения, самоутверждения, личностного роста и развития вообще. Популярность этого понятия сыграла с ним злую шутку, рикошетом ударив по психологам-профессионалам.

Данная работа направлена на подробное рассмотрение идеи самоактуализации как теоретического принципа и включает в себя историческую реконструкцию внутренней логики развития этой идеи в работах представителей «гуманистической психологии», систематизацию и разбор критики в адрес существующих теорий самоактуализации и выявление их методологических изъянов под углом зрения решавшихся ими задач. Большая часть анализа будет закономерно посвящена развитию идей Абрахама Маслоу, с именем которого это понятие в первую очередь связывается. Маслоу не был первым, кто ввел это понятие в психологию, но он разработал его самым детальным образом и постоянно (в отличие, скажем, от К. Роджерса), вплоть до своей смерти в 1970 году развивал и пересматривал свои взгляды, пройдя огромный путь от справедливо критиковавшихся преформистских по своей сути воззрений на процесс личностного развития — до чисто экзистенциалистских положений.

Достаточно часто понятия самоактуализации и самореализации используются как взаимозаменяемые синонимы, что сильно дезориентирует читателей, поскольку значение этих двух понятий не совпадает. Понятие самореализации гораздо шире, оно не привязано к определенной теоретической парадигме и обозначает процессы личностного развития и трансляции личностью своего содержания другим людям и культуре через созидательные и коммуникативные процессы. Это отражено в работах самых разных авторов — от К.Г. Юнга и К. Хорни до Р. Ассаджиоли, Ж. Нюттена и марксистски ориентированных философов и психологов (см. Леонтьев, 1997 а; 2000). Понятие самоактуализации, напротив, представляет собой конкретную теоретическую трактовку развития и самореализации личности, сложившуюся в определенной научной парадигме — личностно-ориентированном или «потенциалистском» {Франкл, 1990) варианте гуманистической психологии, предполагающем наличие врожденного потенциала специфически человеческих свойств и характеристик, который должен при благоприятных условиях развития разворачиваться, переходя из потенциальной в актуальную форму.

Необходимо отметить еще один принципиальный момент в определении понятий самоактуализации и самореализации, ускользающий из внимания при их употреблении на русском языке. В отличие от русского префикса «само-», английское «self-», как и немецкое «Selbst-» означает не просто направленность действия на себя, а указывает на то, что именно актуализируется: самость, Я или личность (как по-разному может быть переведено на русский язык понятие «the self»). Хорошей иллюстрацией может служить теория самореализации К. Хорни, согласно которой у человека наличествуют как реальное Я, так и идеальное Я, и процессы реализации могут быть обращены на любое из них. Реализация реального Я ведет личность по здоровому пути развития, а направленность на реализацию идеального Я вместо реального приводит к всевозможным видам невротических нарушений (см. Хорни, 1997). Поэтому перевод «self-actualization» как «актуализация Я» был бы более точным и адекватным. Тем не менее, приходится считаться со сложившейся терминологической традицией.

Истоки теорий самоактуализации

«Понятие самореализации, — пишет Ш. Бюлер,— берет начало у Ницше и Юнга и выступает в различных вариантах у Карен Хорни, Эриха Фромма, Курта Гольдштейна, Фриды Фромм-Райхман, Абрахама Маслоу и других авторов, пытающихся создать всеохватывающие теории конечных жизненных целей» (Buhler, 1959, р. 561). Л. Геллер включает в аналогичный список еще Мартина Хайдеггера, Габриэля Марселя, Гордона Олпорта и Ролло Мэя (Geller, 1982, р. 57); Дж. Стейн не без оснований приписывает приоритет в постулировании самоактуализации как первичного мотива Альфреду Адлеру (Stein, 1972, р. 107). Однако идею реализации человеком заложенных в него потенций в той или иной форме можно найти во многих философских системах, начиная еще с Аристотеля. Концептуальное же оформление на психологическом уровне, которое и легло в основу современных теорий самоактуализации, эта идея впервые получила в работах выдающегося физиолога и психолога Курта Гольдштейна (Goldstein, 1939, 1940).

Гольдштейн выступал, с одной стороны, против господствовавшего в современной ему биологии и психологии принципа гомеостаза, редукции напряжения как основной движущей силы поведения, а с другой стороны, против элементаристского подхода к целостному живому организму. «Куда влекут влечения?» — спрашивает он, и дает ответ: «В состоянии изоляции, как, например, у больных людей <...> преобладает тенденция снять любое возникающее напряжение. Однако у здоровых результатом нормального процесса стабилизации является формирование определенного уровня напряжения, который обеспечивает возможность дальнейшей упорядоченной активности» (Goldstein, 1939, р. 195—196). Организмом, по Гольдштейну, движет тенденция максимально полно актуализировать заложенные в него возможности, способности, свою «природу». Гольдштейн противопоставляет идею самоактуализации как единственной потребности живого организма постулированию многих частных «так называемых потребностей». В последнем он просто не видит необходимости. «Организм обладает определенными потенциями, и поэтому у него имеется потребность актуализировать, или реализовать их. Удовлетворение этой потребности представляет собой самоактуализацию организма» (Там же, р. 204). В определенных условиях, однако, тенденция к актуализации какой-нибудь одной из этих потенций может доминировать настолько, что организмом будет двигать преимущественно она одна (Там же, р. 203). Так создается иллюзия существования отдельных изолированных потребностей.

Гольдштейн первоначально считал, что осуществление заложенной в индивида тенденции к актуализации вызывает неизбежный конфликт с силами внешнего окружения. Актуализация никогда не совершается без борьбы. Нормальный и здоровый организм, актуализируясь, преодолевает препятствия, порождаемые столкновением с миром (Там же, р. 305). Конфликты и препятствия для индивидуальной самоактуализации коренятся и в социальных взаимоотношениях. «Самоактуализация одного индивида может быть достигнута лишь за счет определенной уступки со стороны другого, и каждый вынужден требовать от других этой уступки. Поэтому между людьми нет предустановленной гармонии» (Goldstein, 1940, р. 203—204). Возможность одновременного развития себя и другого содержится лишь в любви — высшей форме самоактуализации, а также в некоторых других «мы- феноменах» (Там же, р. 207—211).

В более поздних работах Гольдштейн перемещает акценты с биологической актуализации на сущностную реализацию человека. Существование индивида отождествляется с реализацией его сущности (intrinsic nature). «Тенденция актуализировать свою сущность порой так детерминирует поведение человека, что он уходит из жизни, когда чувствует невозможность дальнейшей самореализации» (Goldstein, 1959, р. 179). Невозможность самореализации предстает одновременно как причина и как главное следствие душевных недугов. «Болезнь выступает как утрата или ослабление <...> ценности самореализации» (Там же, р. 183).

Основное изменение во взглядах Гольдштейна состоит в том, что окружающий мир перестает рассматриваться им лишь как источник препятствий для самореализации, а напротив, входит в ее позитивное определение, когда индивид находится в «отношении адекватности» к миру: «Самореализация <... > налицо, когда индивид способен выполнить то, что требует от него мир» (Там же, р. 181). Анализируя психотерапевтические взаимоотношения, Гольдштейн приходит также к рассмотрению других людей не в качестве препятствий, а в качестве необходимого условия самореализации индивида. Индивид способен реализовать себя лишь в единстве с другими. «Самореализация возможна лишь в том случае, если гарантирована самореализация другого» (Там же, р. 185).

Много общего с идеями Гольдштейна содержится в концепции «стремления к актуализации», сформулированной Карлом Роджерсом в конце пятидесятых—начале шестидесятых годов прошлого века. Хотя, как мы увидим, Роджерс недалеко ушел от Гольдштейна в разработке идеи самоактуализации. Его, наряду с Маслоу, принято считать автором полноправной психологической теории самоактуализации. У Роджерса, однако, идея самоактуализации не выступает, как у

Маслоу, краеугольным камнем его построений: он рассматривает вопросы мотивации (и в том числе самоактуализацию) в контексте обшей теории личности и психотерапии, тогда как Маслоу, напротив, рассматривает личность в контексте теории мотивации (см. Arkes, Garske, 1982, p. 122). Мы рассмотрим здесь лишь мотивационный аспект теории Роджерса.

«Стремление к актуализации» в теории К. Роджерса

Под стремлением к актуализации Роджерс понимает свойственную всем живым организмам направленность, «...стремление к росту, развитию, созреванию, тенденцию проявлять и активизировать все способности организма в той мере, в какой эта активизация способствует развитию организма или личности (self)» {Rogers, 1970, p. 140). Понятие стремления к актуализации охватывает широкий круг явлений. Помимо потребностей в пище, воде и др., проявлением этого стремления выступает «...дифференциация органов и функций, развитие в форме роста, повышение эффективности усилий за счет использования орудий. Оно включает стремление к новым впечатлениям ради них самих, которое явственно видно уже у младенца. Оно включает экспансию (enhancement) и дифференциацию организма путем размножения. Это стремление к автономии, к усилению контроля над событиями» (Rogers, 1965, р. 22). Стремление к актуализации присуще каждому индивиду и готово проявиться при наступлении благоприятных условий. В работах Роджерса прямо не говорится, но подразумевается, что стремление к актуализации — это «...инстинкт, либо инстинктоподобное стремление; оно врождено и является частью биологической природы человека» (Arkes, Garske, 1982, p. 114).

Первое, что роднит представления Гольдштейна и Роджерса о самоактуализации, — атрибутирование ее организму как биологической целостности. Собственно психологические аспекты самоактуализации являются вторичными проявлениями этой врожденной общебиологической тенденции. Вторая их общая черта — воплощенный в идее актуализации принцип повышения напряжения как оппозиция гомеостатической парадигме в психологии мотивации. (Тенденция сохранения наличного состояния организма входит при этом у Роджерса в само понятие актуализации как необходимая ее предпосылка). И третье — это рассмотрение самоактуализации как единственной мотивационной тенденции организма. «Это субстрат всего, что можно назвать словом "мотивация"» (Rogers, 1963, р. 22). Как и Гольдштейн, Роджерс отрицает наличие отдельных частных «мотивов».

Вместе с тем Роджерс вводит одно важное различение, отсутствующее у Гольдштейна. Согласно Роджерсу, по мере того, как формируется и развивается личность (self), она также стремится актуализировать себя, и нередко направления актуализации организма и актуализации личности оказываются различными или даже противоположными (неконгруэнтными), что становится обычно причиной конфликта и, в конечном счете, невроза (Rogers, 1959; 1965). И здесь Роджерс не ставит под сомнение адекватность направленности актуализации организма. Причину неконгруэнтности он видит в неадекватном социальном научении, формирующем личность, в развитии универсальной способности человека к символизации в отрыве от врожденного стремления к актуализации организма. В этом случае нарушается «витальная гармония» и целостность индивидуума (Rogers, 1963). Представления Роджерса о взаимоотношении организма, несущего в себе «истинную» сущность человека, и вторичной по отношению к нему личности являются, пожалуй, наиболее уязвимым местом в его теоретических представлениях (Geller, 1982).

Теория самоактуализации А. Маслоу

Понятия самоактуализации (К. Гольдштейн) и стремления к актуализации (К. Роджерс) занимают важное место в системах теоретических взглядов этих авторов. Вместе с тем, как уже упоминалось, разработка и теоретическое осмысление этих понятий остаются у них на довольно абстрактном уровне, так что ни в том, ни в другом случае нет достаточных оснований говорить о теории самоактуализации. То же относится и к некоторым другим авторам, также учитывавшим в своих работах факт наличия у человека стремления к самореализации.

Фундаментальную психологическую теорию самоактуализации мы встречаем в работах одного из крупнейших психологов современности, основателя и лидера гуманистического течения в западной психологии Абрахама Маслоу (1908—1970). Разрабатывая идею самоактуализации на протяжении трех десятилетий, Маслоу сделал ее краеугольным камнем не только теории личности, но и, пожалуй, целой философско-мировоззренческой системы.

Один из критиков Маслоу выделяет три основных контекста, в которых Маслоу разрабатывал идею самоактуализации: (1) самоактуализирующиеся личности; (2) пиковые переживания (peak- experiences) трансцендентных ценностей; (3) самоактуализация как процесс развития (Smith, 1974, р. 168). Мы считаем необходимым выделить даже не три, а пять переходящих друг в друга аспектов, в которых Маслоу вел изучение самоактуализации: (а) исследование са

моактуализирующихся личностей; (б) первая теория человеческой мотивации; (в) самоактуализация как процесс развития личности (вторая теория мотивации); (г) пиковые переживания как мгновения самоактуализации; (д) по ту сторону самоактуализации: теория метамотивации и ценностей бытия (третья теория мотивации). По мере перехода от одних аспектов к другим изменялся и обогащался смысл, вкладываемый Маслоу в само понятие самоактуализации. Этот процесс мы и попытаемся показать.

Исследование самоактуализирующихся личностей

По свидетельству самого Маслоу, толчком, приведшим его к ставшему классическим исследованию самоактуализирующихся личностей, послужили его учителя — Рут Бенедикт и Макс Вертхаймер. Они резко отличались от подавляющего большинства людей и казались «больше, чем просто людьми». Поворотным стал тот момент, когда Маслоу обнаружил ряд характерных черт, присущих им обоим. «Я был потрясен, — пишет он. — Я попытался найти где-либо еще это сочетание, и я находил его то в одном, то в другом человеке» (Maslow, 1976, р. 41).

Так складывалось представление о существовании особого типа людей — самоактуализирующихся личностей. По прикидкам Маслоу, они составляют ничтожное меньшинство (около одного процента) населения и представляют собой образец психологически здоровых и максимально выражающих человеческую сущность людей. Поэтому они разительно отличаются от большинства. «Прав был тот биолог, который заявил, что он обнаружил недостающее эволюционное звено между человекообразными обезьянами и цивилизованным человеком: это мы!» (Maslow, 1965 а, р. 45). Маслоу предпринял обширное исследование самоактуализирующихся людей с целью выявить характерный комплекс их психологических особенностей. В результате были выделены следующие 15 основных черт, присущих самоактуализирующимся людям (Maslow, 1970 а; Маслоу, 1999 а):

1) Более адекватное восприятие действительности, свободное от влияния актуальных потребностей, стереотипов и предрассудков, интерес к неизведанному.

2) Принятие себя и других такими, какие они есть, отсутствие искусственных, защитных форм поведения и неприятие такого поведения со стороны других.

3) Спонтанность проявлений, простота и естественность. Такие люди соблюдают установившиеся ритуалы, традиции и церемонии, но относятся к ним с должным юмором. Это не автоматический, а сознательный конформизм лишь на уровне внешнего поведения.

4) Деловая направленность. Такие люди заняты обычно не собой, а своей жизненной задачей или миссией. Обычно они соотносят свою деятельность с универсальными ценностями и склонны рассматривать ее под углом зрения вечности, а не текущего момента. Поэтому все они в какой-то степени философы.

5) Они нередко склонны к одиночеству и для них характерна позиция отстраненности по отношению ко многим событиям, в том числе событиям собственной жизни. Это помогает им относительно спокойно переносить неприятности и быть менее подверженным воздействиям извне.

6) Автономия и независимость от окружения; устойчивость под воздействием фрустрирующих факторов.

7) Свежесть восприятия; нахождение каждый раз нового в уже известном.

8) Пиковые переживания, характеризующиеся ощущением исчезновения собственного Я.

9) Чувство общности с человечеством в целом.

10) Дружба с другими самоактуализирующимися людьми; узкий круг людей, отношения с которыми весьма глубокие. Отсутствие проявлений враждебности в межличностных отношениях.

11) Демократичность в отношениях. Готовность учиться у других.

12) Устойчивые внутренние моральные нормы. Самоактуализирующиеся люди ведут себя нравственно, они остро чувствуют добро и зло; они ориентированы на цели, а средства всегда подчиняют этим целям.

13) «Философское» чувство юмора. Они относятся с юмором к жизни в целом и к самим себе, но никогда не считают смешной чью- либо ущербность или невзгоды.

14) Креативность, не зависящая от того, чем человек занимается и проявляющаяся во всех действиях самоактуализирующейся личности.

15) Они не принимают безоговорочно ту культуру, к которой принадлежат. Они не конформны, но и не склонны к бездумному бунтарству. Они достаточно критично относятся к своей культуре, выбирая из нее хорошее и отвергая плохое. Они не идентифицируются со своей культурой, ощущая себя в большей степени представителями человечества в целом, чем представителями своей страны. Поэтому они нередко оказываются в изоляции в той культурной среде, которую они не желают принять.

Помимо этих 15 общих характеристик, Маслоу опубликовал специальные исследования любви (Maslow, 1970 а, р. 181—202) и креативности (Maslow, 1968, р. 135—148) у самоактуализирующихся людей. Э. Шострому принадлежит интересное исследование психологического времени у самоактуализирующихся людей. По его данным, самоактуализирующиеся люди в большей степени, чем другие, ориентированы на настоящее, на здесь-и-теперь. С этим связана их большая опора на себя, а также склонность к самовыражению. Вместе с тем, прошлое и будущее интегрированы у таких людей с настоящим, присутствуют в нем, образуя его фон и придавая ему смысл {Shostrom, 1968).

Маслоу отмечает, что более выраженная социальность и сопричастность человечеству сочетается у самоактуализирующихся людей с более ярко выраженной индивидуальностью. Для них теряют свой смысл и другие противопоставления: чувств и разума, созерцания и действия, самости и альтруизма, духовности и чувственности, обязанности и наслаждения, зрелости и непосредственности и многие другие, в том числе Оно, Я и Сверх-Я (Maslow, 1970 а, р. 178—179).

Интересно, что ни у одного из своих респондентов Маслоу не обнаружил полного набора из всех 15 характеристик. Он отмечает, что понятие «самоактуализирующиеся люди» описывает не конкретных людей, а идеальный предел, к которому они приближаются (Maslow, 1969 а, р. 58). Совершенных людей нет и быть не может. Самоактуализирующиеся люди тоже имеют свои недостатки. Они могут быть надоедливыми, раздражающими, им не чужды суетность, тщеславие, пристрастия, раздражительность, иногда неожиданные проявления жестокости и бессердечия, игнорирование других людей и т.п. Они не свободны от ошибок (Maslow, 1970 а, р. 175—176). У них есть свои проблемы, которые могут вызвать конфликт, фрустрацию, обиду, чувство вины, тревоги, хотя их проблемы — это реальные проблемы бытия, качественно отличающиеся от невротических псевдопроблем незрелой личности (Maslow, 1968, р. 210).

«Создается впечатление,— пишет Маслоу, — как будто у человечества есть единственная конечная цель, отдаленная цель, к которой стремятся все люди. Разные авторы называют ее по-разному: самоактуализация, самореализация, интеграция, психическое здоровье, индивидуализация, автономия, креативность, продуктивность, — но все они согласны в том, что все это синонимы реализации потенций индивида, становление человека в полном смысле этого слова, становление тем, чем он может стать» (Там же, р. 153).

Однако с этим трудно совместить то обстоятельство, что число самоактуализирующихся людей, для которых, по мнению Маслоу, необходимо разработать новую психологию мотивации, очень невелико. Большинство же людей мотивировано в своем поведении не самоактуализацией, а мотивами более низкого уровня, описываемыми в рамках традиционных подходов. Это противоречие Маслоу разрешает в своей иерархической теории мотивации, опубликованной в 1943 году — раньше, чем исследование самоактуализирующихся личностей (1950 г.), однако уже после получения основных результатов этого исследования.

Первая теория человеческой мотивации

Исходным пунктом теории мотивации Маслоу выступает анализ понятия инстинкта, приводящий к заключению о необходимости его пересмотра {Maslow, 1970 а, р. 77—78). Вместе с тем Маслоу отмечает ряд достоинств теории инстинктов, которые оставались незамеченными на фоне ее недостатков. «Теория инстинктов признавала тот факт, что побуждения человека исходят из него самого, что в выборе поведения он руководствуется собственной природой, равно как и внешними обстоятельствами, что его природа задает готовую основу системы целей и ценностей, что обычно, в благоприятных условиях, то, чего человек желает, и есть то, в чем он испытывает потребность...» {Там же, р. 79). Пересматривая понятие инстинкта, Маслоу заменяет его понятием базовых потребностей (basic needs), которые имеют инстинктоидную природу в том смысле, что они являются выражением природы и видовой специфики человека. В отличие от инстинктов базовые потребности могут остаться неразвитыми, поскольку их врожденный инстинктивный компонент слаб и легко перевешивается другими факторами, связанными с внешними средо- выми (культурными) влияниями. Маслоу выделяет пять групп базовых потребностей: 1) физиологические потребности (голод, жажда, сексуальное влечение, сон и др.); 2) потребности в безопасности (уверенность, защищенность, порядок и др.); 3) потребности в контактах и любви; 4) потребности в признании, оценке, уважении (в том числе самоуважении) и 5) потребность в самоактуализации {Maslow, 1970 а).

Эти группы потребностей образуют иерархию. Низшие потребности — начиная с физиологических — являются одновременно и более насущными. Если эти потребности не удовлетворены, вся активность направляется на их удовлетворение, остальные же потребности просто не существуют для индивида в данный момент. Когда потребности физиологического уровня удовлетворены, они перестают определять поведение; наступает очередь потребностей в безопасности и т.д. Вообще потребности более высокого уровня могут мотивировать поведение лишь при условии удовлетворения потребностей более низких уровней.

Иерархическая модель системы базовых потребностей позволяет Маслоу объяснить, почему самоактуализация, выражающая сущность человека, далеко не всегда выступает как реальный мотив. Дело в том, что у подавляющего большинства людей оказываются не удовлетворены потребности низших уровней, более насущные, чем самоактуализация, и поэтому активность человека на протяжении всей жизни направляется на удовлетворение именно этих потребностей. Маслоу, впрочем, описывает и ряд нарушений выстроенного им иерархического порядка, а также признает возможность детерминации поведения высшими потребностями при неудовлетворенных низших, однако такие случаи — скорее исключения, чем правило. Правилом же является то, что «абсолютно здоровый, нормальный, счастливый человек не имеет сексуальных потребностей или потребностей в пище или в безопасности, или в любви, или в престиже, или в самоуважении, за исключением редких эпизодов быстро проходящей опасности» (Maslow, 1970 а, р. 57). Их место у такого человека полностью занимает стремление к самоактуализации, «определяемой как непрерывная актуализация потенций, способностей и талантов, как осуществление миссии (или призвания, судьбы, предначертания, предназначения), как более полное знание и принятие собственной сокровенной сущности, как непрестанное стремление к единству, интеграции или синергии личности» (Maslow, 1968, р. 25).

Самоактуализация как механизм и процесс развития личности

Маслоу хорошо понимал статичность изложенных выше определений самоактуализации как высшего уровня личностного развития и высшего мотива. Поскольку объектами исследования Маслоу были преимущественно люди немолодого возраста, неудивительно, что самоактуализация представала в итоге как некое конечное состояние, отдаленная цель, а сформулированным Маслоу критериям могли соответствовать только люди, имеющие за плечами немалый жизненный путь. Этот недостаток отмечался и критиками. Поэтому уже в своей статье о мотивации развития, впервые опубликованной в 1955 году (см. Maslow, 1968, р. 21—43), Маслоу отказывается от своих утверждений о фиксированной последовательности удовлетворения потребностей в соответствии с их положением в иерархии. Он определяет развитие через разнообразные процессы, в конечном счете ведущие личность к самоактуализации, и обосновывает новую точку зрения: эти процессы имеют место на протяжении всей жизни человека и обусловлены специфической «мотивацией развития» (growth motivation), возможности проявления которой уже не находятся в прямой зависимости от степени удовлетворения базовых нужд (deficiency needs). Связывая самоактуализацию, рассматриваемую как процесс, с мотивацией развития, Маслоу утверждает: «Самоактуализация является в какой-то степени свершившимся фактом лишь у немногих людей. Тем не менее у большинства она присутствует в виде надежды, стремления, влечения, чего-то смутно желаемого, но еще не достигнутого. <...> Ценности самоактуализации существуют в виде реальных целей, даже еще не будучи актуализированными. Человек является одновременно тем, что он есть, и тем, чем он стремится быть» (Maslow, 1968, р. 160).

Фактически Маслоу, хоть и не отказывается здесь от выстроенной им пирамиды базовых потребностей, отбрасывает принцип жесткой иерархической последовательности их удовлетворения. Деление потребностей на две большие группы, параллельно сосуществующие в структуре личности, положило начало серии работ, в которых сравнивались «дефицитарные» и «бытийные» формы одних и тех же психологических процессов, таких как познание, любовь, управление организациями и др. Признание параллельности процессов, побуждающих человека к восполнению дефицита, с одной стороны, и к развитию и самоактуализации — с другой, можно рассматривать как вторую теорию мотивации Маслоу.

Подробный анализ этой второй теории Маслоу и ее соотношение с подходами других авторов дает Дж. Роуэн (Rowan, 1999), обозначая две соответствующие группы мотивов как реактивные ценности дефицита и проактивные ценности изобилия. Как отмечает Дж. Роуэн, и на уровне самоактуализации мы находим не только мотивацию изобилия, но и мотивацию дефицита, как и на низших уровнях развития мотивация изобилия тоже присутствует. Движение возможно в обе стороны, оно может быть как восходящим, так и нисходящим. Достижение уровня самоактуализации и реальности Бытия не означает утраты низших мотивов — они просто становятся фоновыми, менее насущными.

Большую роль в изменении позиции Маслоу сыграли данные изучения личности и ее изменений в процессе психотерапии. Исходя из этих данных, Маслоу признает наличие у большинства людей (возможно, у всех) стремления к самоактуализации и, более того, наличие у большинства людей способности самоактуализироваться, по меньшей мере, в принципе (Maslow, 1968, р. 158), причем самоактуализация каждого отдельного человека уникальна и неповторима. Но осуществлению самоактуализации во многих случаях мешают присутствующие также у каждого человека регрессивные тенденции, в основе которых лежит страх, враждебность или праздность. В частности, Маслоу описывает «комплекс Ионы» — синдром страха перед собственными возможностями, перед собственной самоактуализацией, который ограничивает возможности нашего собственного развития. «Мы боимся как худшего в нас, так и лучшего, хотя и по-разному. <...> Часто мы бежим от ответственности, которую диктует (или, скорее, предлагает нам) наша природа, судьба, порой даже случай, подобно тому, как Иона пытался — тщетно! — бежать от собственной судьбы» (Maslow, 1976, р. 34). Возобладание подобных регрессивных тенденций является признаком личностной патологии и частой причиной невроза. «Часто у творчески одаренного человека полжизни уходит на то, чтобы найти общий язык со своим талантом, полностью принять его, раскрепоститься, то есть преодолеть амбивалентность по отношению к своему таланту» (Maslow, 1996, р. 48).

Пиковые переживания. Эпизоды самоактуализации

Мы уже рассмотрели взгляды Маслоу на самоактуализацию как на уровень развития, мотив и сам процесс развития. Еще одно понимание самоактуализации — как кратких эпизодов в жизни человека — мы находим в работах Маслоу, посвященных проблеме переживаний (Maslow, 1965 а; 1968; 1970 Ь). Понятие пикового переживания Маслоу в инструкции своим респондентам операционализировал в виде просьбы описать «...самое чудесное переживание или переживания Вашей жизни; самые счастливые мгновения, мгновения восторга, экстаза, быть может, в любви, или при слушании музыки, или при внезапном потрясении от книги или картины, или в великие мгновения творческого вдохновения» (Maslow, 1968, р. 71).

В статье «Сознавание бытия в пиковых переживаниях» Маслоу дает подробное описание пиковых переживаний в 19 пунктах (Там же, р. 71 — 102). Сначала он рассматривал их как одну из общих характеристик самоактуализирующихся личностей (см. выше). Позже, однако, он убедился в том, что пиковые переживания встречаются практически у всех людей. Единственное различие заключается в том, что одни люди принимают и ценят такие переживания, другие же стараются их вытеснить или рационализировать (Maslow, 1965 а). Пиковые переживания оказались удобной моделью для изучения самоактуализации. «Каждый человек, — пишет Маслоу, — в каждом пиковом переживании временно приобретает многие из тех характеристик, которые я обнаружил у самоактуализирующихся личностей, другими словами, он на какое-то время становится самоактуализирующимся» {Maslow, 1968, р. 97). Исходя из этого, Маслоу определяет самоактуализацию как эпизод, в котором природные способности индивида проявляются особенно эффективно, в котором он более эффективно актуализирует свои потенции, становится самим собой и вместе с тем человеком в более полном смысле слова. «Нам уже больше не нужно искать тех редких людей, — пишет Маслоу, — которых можно назвать самореализующимися большую часть времени. В любой жизни мы можем, по меньшей мере теоретически, отыс-кать эпизоды самоактуализации» (Там же).

Маслоу придает большое значение пиковым переживаниям в жизни несамоактуализирующихся людей. По его мнению, пиковые переживания могут придавать жизни смысл и ценность, могут ликвидировать состояние «экзистенциальной бессмысленности» и выступать фактором, предотвращающим самоубийства (Maslow, 1970 b). Вместе с тем он решительно выступает против попыток сверхъестественного, мистического объяснения пиковых переживаний, отстаивая их естественное происхождение и природу. В своей концепции возникновения религии он утверждает, что символический язык теологии возник как система метафор для описания (с целью трансляции другим) экстатических пиковых переживаний, имеющих вполне земную природу. Впоследствии же эта система символов приобрела в глазах людей самостоятельное значение и создалось убеждение, что за ней стоит некая сверхъестественная действительность (Там же).

По ту сторону самоактуализации: теория метамотивации и ценностей бытия

В 1960-е годы интерес Маслоу смещается от проблем становления человека к проблемам его Бытия как полноценной, развитой личности. Книга Маслоу «К психологии Бытия» (Maslow, 1968), первое издание которой вышло в 1962 году, является в этом отношении переходной. В частности, исследование пиковых переживаний как мгновений Бытия позволило изучить ряд характеристик сознания на уровне Бытия или Б-сознания. В книге содержится постановка проблемы психологии Бытия, которая «имеет дело с целями, а не со средствами, то есть с переживаниями-целями, с ценностями-целями, со знанием- целью, с людьми как с целями. Современная же психология пока занималась больше отсутствием, чем обладанием, стремлением, чем осуществлением, фрустрацией, чем удовлетворением, поисками радости, чем обретением радости, стремлением достичь, чем стремлением быть» (Maslow, 1968, р.73). В этом контексте Маслоу определяет самоактуализацию как развитие личности, связанное с переходом от

невротических или инфантильных «неистинных» жизненных проблем к «истинным», экзистенциальным, неизбежным, сущностным проблемам человека (Там же, р. 115). Самоактуализация, таким образом, выступает как предпосылка жизнедеятельности человека на уровне Бытия, что связано с коренными изменениями, происходящими в его личности. «Более полноценный, здоровый человек <... > будет обнаруживать <... > десятки, сотни и миллионы отличий в поведении, переживании, восприятии, общении, учении, труде. <... > Он будет просто человеком другого типа, который будет вести себя иначе во всех отношениях» (Maslow, 1976, р. 71).

Маслоу приходит к необходимости различать обычную мотивацию людей, не достигших самоактуализации (речь здесь идет о базовых потребностях), и мотивацию людей, живущих «по ту сторону» самоактуализации, на уровне Бытия. Для ее характеристики он вводит понятия «метапотребности» и «метамотивация» (Maslow, 1969 Ь). На уровне Бытия человек всегда имеет какое-то призвание, миссию, и труд по ее осуществлению является достаточным мотивом и вознаграждением сам по себе. Такие люди прочно идентифицируются со своим призванием и описывают его в терминах высших ценностей: достижения совершенства, раскрытия истины, совершения справедливости и т.п. Другими словами, метамотивами таких людей выступают ценности Бытия или Б-ценности. Маслоу выделяет 14 таких ценностей: 1. Истина. 2. Добро. 3. Красота. 4. Целостность. 4 а. Единство противоположностей. 5. Жизненность (процесс, движение). 6. Уникальность. 7. Совершенство. 7 а. Необходимость. 8. Завершенность. 9. Справедливость. 9 а. Порядок. 10. Простота. 11. Богатство. 12. Легкость. 13. Игра. 14. Самодостаточность (Maslow, 1969 а, р. 59). Эти ценности входят в само определение человеческой сущности. Для самоактуализирующихся людей они, однако, выступают не только как объективные ценности Бытия, но и как их личное достояние, часть их личности. Маслоу, впрочем, допускает, что все люди могут быть в какой-то степени метамотивированы и границу между самоактуализирующимися и остальными людьми в этом отношении провести трудно.

Считая Б-ценности частью человеческой природы, Маслоу решительно отмежевывается от всяких попыток их сверхъестественного истолкования. Однако он видит лишь одну альтернативу этому — признание их «аспектами биологии человека», имеющими инстинктоидную природу и транскультурный характер. «Эти конечные истины, — пишет Маслоу, — остаются истинами в рамках определенной системы. По-видимому, они истины для вида "человек", в том смысле, в каком теоремы Евклида абсолютно верны в рамках Евклидовой системы» (Maslow, 1970 Ь, р. 95). В рамках человечества Б-ценности оказываются универсальными. Культуре же отводится роль лишь фактора, влияющего на их актуализацию, которая может и не произойти. Маслоу предполагает, что стремление к духовным Б-ценностям в зародыше содержится в каждом новорожденном младенце, но большинство людей оказываются неспособными реализовать его по причинам, имеющим социальную природу: нищета, эксплуатация, предрассудки (Masiow, 1969*, р. 181).

Исследования психологии Бытия привели Маслоу к обнаружению еще одного Б-феномена: плато-переживаний (см. Masiow, 1970 b; Krippner, 1976).В плато-переживаниях, так же, как и в пиковых переживаниях, человеку открывается реальность Бытия и ценности Бытия, однако плато-переживания являются произвольными, более длительными и менее яркими состояниями, характеризующими скорее медитацию и просветление, чем экстатический инсайт. Маслоу характеризует эти переживания как «...своего рода интегративное сознание, которое имеет некоторые преимущества и некоторые минусы по сравнению с пиковыми переживаниями. Я могу довольно просто определить для себя это интегративное сознание как одновременное восприятие сакрального и обыденного, чудесного и обыкновенного или чудесного и довольно постоянного или протекающего легко, без усилий. Я теперь воспринимаю под углом зрения вечности обычные вещи и вижу в них мифическое, поэтическое и символическое. Это, как вы знаете, дзенское переживание. Нет ничего исключительного и ничего особенного, просто вы все время живете в волшебном мире» (Krippner, 1976, р. 657). Маслоу, который незадолго до этого перенес первый инфаркт, связывает плато-переживания с опытом конфронтации со смертью, который меняет сознание. «Плато-переживание парадоксально по причине смешения в нем постоянства и смертности. Вам жалко себя и вас печалит, что все проходит, однако в то же время вы более остро наслаждаетесь тем, что другие игнорируют <...>. Если вы прошли через этот опыт, вы можете больше быть здесь-и-теперь, чем после всех видов духовных упражнений <...>. Соперничество и планирование жизни исчезают. Иерархия доминирования, состязание, соперничество и слава внезапно становятся глупостями. Определенно происходит сдвиг ценностей, понимания что важно, а что неважно, что главное, а что нет» (Там же, р. 663).

Маслоу тесно связывает плато-переживания с трансценденцией, вводящей человека в реальность Бытия. Психологическая теория трансценденции, в частности, «теория Z» — концепция трансценденции самоактуализации — оказалась последним вкладом Маслоу в развитие теории самоактуализации. В ней Маслоу вводит различение двух типов самоактуализирующихся людей: «просто здоровые самоактуализирующиеся личности» и «трансценденты». Первые «...живут в мире, чтобы осуществить себя в нем. Они овладевают им, управляют им, используют его в целях добра, как (зрелые) политики и практики. Другими словами, эти люди являются больше деятелями, чем созерцателями, прагматиками, чем эстетами. <...>

Люди другого типа (трансценденты) часто гораздо более сведущи в реальности Бытия (Б-реальность и Б-сознание), больше живут на уровне Бытия <...>, более очевидно метамотивированы, имеют целостное сознание и более или менее частые "плато-переживания"...» (Maslow, 1976, р. 271). И тех и других объединяют общие признаки самоактуализирующихся людей; вместе с тем Маслоу описывает 24 особенности трансцендентов, которыми «просто самоактуализирующиеся люди» не обладают или же обладают в гораздо меньшей степени. Назовем лишь некоторые из них: для трансцендентов пиковые переживания и плато-переживания являются самым главным в жизни; они воспринимают все под углом зрения вечности; они более чувствительны к красоте; они выглядят более таинственными, «неземными» и т.д.

Внезапная смерть прервала исследование Маслоу «новых рубежей человеческой природы» (так называется его последняя книга — Maslow, 1976; Маслоу, 1999 б). Однако созданная им теоретическая система, которую мы обрисовали в самых общих чертах, бесспорно привела к существенному изменению облика психологической науки в пятидесятые-шестидесятые годы! XX века.

Критика гуманистических концепций самоактуализации

Прогресс в развитии идей Маслоу после его смерти был относительно невелик, несмотря на то, что изучение самоактуализации его последователями продолжалось. Возникло мнение, что само движение гуманистической психологии должно угаснуть с уходом его лидеров (Giorgi, 1981). Одновременно активизировалась критика в адрес различных аспектов гуманистического подхода, в том числе в адрес концепций самоактуализации. Уязвимость концепций Маслоу и Роджерса по ряду пунктов стала предметом пристального внимания (см. Smith, 1984), хотя критика в их адрес возникла одновременно с появлением этих концепций и значительная доля ее исходила и исходит от авторов, причисляющих себя или тесно примыкающих к гуманистическому направлению (Ш. Бюлер, В. Франкл, М.Б. Смит).

Первым объектом критики стало само исследование самоактуали- зирующихся людей, осуществленное Маслоу. По мнению многих, это исследование не отвечало критериям научности, — в частности, критерию повторяемости, — и поэтому его нельзя назвать иначе, как спекулятивным (см., например, Smith, 1974, р. 168). Особенно резкую критику вызвала субъективность критериев выбора самоактуализирующихся людей. Д. Мак-Клелланд, Ш. Бюлер, М. Б. Смит указывают на то, что эти критерии не могут не находиться в прямой связи с системой ценностей самого автора исследования или, по меньшей мере, культуры, к которой он принадлежит. «Кто вправе выбирать наиболее самоактуализирующихся людей — Маслоу, Святой Павел или Мао Цзедун?» {McClelland, 1955, р. 33). Ш. Бюлер убедительно показывает, что осуществление себя у разных людей, и в особенности у представителей разных культур, часто происходит не путем «самоактуализации», а иными путями {Buhler, 1960, S. 488—489). Исходя из этого, она обвиняет концепцию Маслоу в односторонности. Выделяя четыре фундаментальных тенденции человеческой жизни: удовлетворение потребностей, адаптивное самоограничение, творческую экспансию и поддержание внутренней гармонии, Ш. Бюлер утверждает, что самоосуществление как конечная жизненная цель может в разные моменты времени реализоваться в любой из этих четырех тенденций.

Э. Шостром обращает внимание на то, что многие из людей выбраны Маслоу как образцы самоактуализирующихся личностей лишь на основании их достижений на общественном поприще. В личной же жизни у них все обстояло не так блестяще: Линкольн отличался женоненавистничеством и склонностью к депрессиям, у Томаса Джефферсона было гипертрофированное самолюбие и жажда власти и т.п. (Shostrom, Knapp, 1976, р. XV—XVI). Поэтому неотъемлемой частью системы психотерапии через актуализацию, разработанной Э. Шостромом с соавторами, является формирование у клиентов, наряду со стремлением к актуализации, способности смириться со своими слабостями, ограниченностью и недоразвитостью в отдельных сферах жизнедеятельности {Там же, р. XVI).

Переходя к теоретически уязвимым аспектам, которые критики на-ходят в самом понятии самоактуализации, в первую очередь укажем на присущую теориям самоактуализации эгоцентричную модель личности и ее развития, которая подвергается критике с самых разных позиций. Так, последователь А. Адлера X. Ансбахер утверждает, что истинная самоактуализация необходимо должна включать в свое определение содействие самоактуализации других {Ansbacher, 1971). Напомним, что к этой мысли пришел в своих поздних работах К. Гольдштейн, однако Роджерс и Маслоу не придали ей значения.

Специально анализирующие проблему эгоцентризма в различных теориях личности М. и Л. Уоллах называют романтической иллюзией представления Маслоу и Роджерса о том, что все будет хорошо, если только каждый получит возможность свободно актуализировать себя (Wallach M., Wallach L., 1983, р. 161, 170). М. и Л. Уоллах указывают на опасность того, что стремление индивида к самоактуализации может вступить в конфликт с интересами других и с соображениями общей пользы. Само по себе это стремление не является залогом всеобщего благополучия. Теории самоактуализации по сути закрывают глаза на все, происходящее вне индивида, не учитывая возможности столкновения его интересов с интересами других людей и социальных общностей (Там же, р. 170).

Эгоцентричность модели самоактуализирующейся личности отмечает и В. Франкл, противопоставляющий идее актуализации собственную концепцию реализации человеком трансцендентных ценностей и смысла жизни. Самотрансценденцию человеческого бытия Франкл рассматривает как общечеловеческий феномен, а самоактуализацию — как ее побочное следствие. «Человек, — пишет он, — всегда направлен вовне себя на что-то, что не является им самим, — на что-то или на кого-то: на смысл, который человек реализует, или на со-человека, с которым он вступает в контакт. И лишь постольку, поскольку человек таким образом трансцендирует самого себя, он и осуществляет себя — в служении делу или в любви к другому» (Frankl, 1979, S. 92). Маслоу наделяет этой особенностью лишь человека, уже достигшего уровня Бытия.

В приведенной цитате содержится одновременно критика и второго уязвимого аспекта теории самоактуализации, а именно — рассмотрения самоактуализации как единственной конечной цели. «Самоактуализация, — пишет В. Франкл, — подобно могуществу и наслаждению, относится к классу тех вещей, которые могут быть достигнуты лишь в качестве побочного эффекта и уплывают от нас в той мере, в какой мы делаем их объектом прямой направленности <...>. Самоактуализация происходит спонтанно, она нарушается, когда ее превращают в конечную цель» (Frankl, 1967, р. 8). Конечной же целью, по Франклу, выступает реализация смысла, который, будучи надличностным, имеет при этом «посюстороннюю» природу.

В этой связи Л. Геллер видит основную слабость теорий самоактуализации в признании вообше существования определенных конечных целей или ценностей, к реализации которых должен стремиться человек (Geller, 1984, р. 103). Он отмечает, что развитие человека многомерно — индивид не обязан стремиться к какому-то определенному типу совершенства (Там же, р. 106). Поэтому неудачу в обосновании Маслоу и Роджерсом самоактуализации как конечной цели он объясняет не слабостью теории, а неадекватностью самого замысла.

Третьим уязвимым аспектом концепций самоактуализации является отождествление позитивного развития человека с максимальным развитием заложенных в него потенций. Как указывает М.Б. Смит, «пороки и зло точно так же входят в число человеческих потенций, как и добродетель, специализация — точно так же, как всестороннее развитие. Этику нельзя привязать к биологии, как это пытался сделать Маслоу» (Smith, 1974, р. 172). В. Франкл, также критикуя эту доктрину, названную им «потенциализмом», приводит в качестве примера Сократа, который считал, что он имел все задатки для того, чтобы стать талантливым преступником. Хорошо или плохо, что он не реализовал эти потенции? Франкл говорит о необходимости постоянного принятия решения о том, какие из возможностей, потенций заслуживают реализации, о бремени выбора, лежащем на человеке по этой причине, о примате должного (Gesollte) над возможным (Gekonnte) {Frankl, 1979, S. 77—99). «Всесторонняя самоактуализация не является ни возможной, ни желательной, — замечает в этой же связи еще один автор. — Некоторые из потенций всегда приносятся в жертву, когда человек выбирает определенный путь в жизни <...>. В течение своей жизни человеку приходится отказываться от многих возможностей, которые несовместимы с его актуальным образом жизни» {Weisskopf, 1969, р. 140).

С потенциализмом неразрывно связано положение о предзаданности развития человека, о том, что сущность человека предшествует его существованию. Представители экзистенциально-феноменологической психологии характеризуют такой подход как аристотелевский, где человек наделен от рождения энтелехией, или потенцией реализовать свою человеческую сущность. Этому подходу противопоставляется рассмотрение самоактуализации как акта (точнее, серии актов) самотрансценденции индивида, в котором (которых) он творит себя; существование предшествует сущности {Weckowicz, 1981; подробнее об этом см. van Kaam, 1966).

Л. Геллер подвергает представления Роджерса и Маслоу о природе и сущности человека, о развитии его потенций, детальному разбору с точки зрения их внутренней логической непротиворечивости и приходит к неутешительным выводам. Взгляды Роджерса, охарактеризованные им как «наивные и некритичные», описывают «необъяснимую и парадоксальную реальность» (Geller, 1982, р. 62, 60). В ней наша глубинная сущность, которой мы должны хранить верность, оказывается не заслуживающей доверия. В гораздо более серьезной, по его мнению, теории Маслоу он также обнаруживает принципиальную внутреннюю рассогласованность, затрагивающую представления о природе человека и о «метапатологиях» — нарушениях самоактуализации. Если природа человека внутренне гармонична, бесконфликтна — тогда метапатологии необъяснимы. Чтобы сохранить неприкосновенным постулат об истинности и бесконфликтности человеческой природы — краеугольный камень его теории, — Маслоу должен отказаться от идеи, что все развитие детерминировано «изнутри». Это

позволяет объяснить возникновение метапатологий социальными факторами среды, но приводит, однако, к новому противоречию: в этом случае потребности человека уже не могут рассматриваться как трансисторические и транскультурные; теория самоактуализации теряет свою универсальность (Там же, р. 66).

Логический анализ теорий Маслоу и Роджерса, осуществленный Л. Геллером (Geller, 1982), выявляет четвертый уязвимый аспект теорий самоактуализации — присутствующий в них отрыв личности от общества, утверждение о независимости развития личности от факторов социокультурного окружения (см. также Smith, 1974; Marks, 1979). В частности, С. Маркс отмечает, что социокультурные силы не обязательно воздействуют на личность в направлении, препятствующем ее самоактуализации, как считал Маслоу. Часто бывает наоборот — культура способствует самоактуализации, а сопротивление влиянию культуры будет противоречить самоактуализации. С. Маркс считает, что гуманистические психологи не в ладах с социальным детерминизмом потому, что они видят, что арсенал социальных поощрений и наказаний в современной Америке направлен скорее на подавление развития личности, чем на самоактуализацию (Marks, 1979, р. 29—30). М. и Л. Уоллах указывают на мнимый характер противоречия между детерминацией поведения внешними целями и следованием своим внутренним чувствам и желаниям; на самом деле одно невозможно без другого (Wallach M, Wallach L, 1983, р. 171).

О слепоте теорий самоактуализации к фактам социальной обусловленности личностного развития говорят У. Норд (Nord, 1977) и Д. Летбридж (Lethbridge, 1986). По мнению У. Норда, «гуманистическая психология во многом слишком психологична для того, чтобы быть действительно гуманистической» (Nord, 1977, р. 82). Норд видит основной барьер на пути развития «гуманистической психологии» в недооценке влияния макросоциальных сил. «Гуманистической психологии» присущ «латентный консерватизм» — представление о природе человека как вечной и неизменной (Там же, р. 81—82). Напротив, в представлениях Карла Маркса, в которых Норд видит много общего с «гуманистической психологией», человеческая природа рассматривается не как заданная, а как становящаяся. Исходя их этого, Норд считает работы К. Маркса той основой, на которой возможен прогресс в достижении гуманистических целей и которая в состоянии помочь «гуманистической психологии» расширить свой подход и пересмотреть некоторые из ее неявных допущений (Там же).

Из тех же позиций исходит и Д. Летбридж, утверждающий, что подлежащие актуализации «...смыслы и ценности сегодня — не те же, что были вчера, а завтра вновь станут другими» (Lethbridge, 1986, р. 99). Разделяя критические положения У. Норда, Д. Летбридж развивает и дополняет их: «Латентный консерватизм позиции Маслоу становится очевиден, если задуматься над тем, какие реальные индивиды, живущие в каком реальном обществе, делающие какую реальную работу и обладающие каким реальным доходом имеют какие-либо шансы стать самоактуализирующимися личностями» (Там же, р. 90). В капиталистическом обществе самоактуализация — удел немногих. Лишь в обществе, где не господствует отчуждение, самоактуализация может стать обычным явлением. Самоактуализация, однако, согласно Д. Летбриджу, имеет иную природу и иные механизмы, чем те, которые описывались Роджерсом и Маслоу. Летбридж не только ставит в своей статье задачу построения диалектико-материалистической теории самоактуализации, но и формирует основные положения этой теории, опираясь преимущественно на идеи советской психологической школы Выготского—Леонтьева. Основная проблема, относящаяся к самоактуализации, формулируется Д. Летбриджем так: «Каким образом максимизировать интернализацию ценностей и смыслов и как затем способствовать их экстернализации» (Там же, р. 99).

Как отмечают Р. Шоу и К. Колимор, признавая наличие потенциала самоактуализации у каждого, Маслоу во многом связывал большее или меньшее развитие этого потенциала с биологическими причинами и считал, что люди, у которых этот потенциал развит в большей степени, заслуживают наибольшего уважения. В своих дневниках (опубликованных посмертно) Маслоу писал: «Я полагаю, что существуют люди от рождения более и менее развитые. Как же может быть иначе? Ведь все варьирует от большого к малому. <...> Мы должны сделать мир безопасным для высокоразвитых людей. Чем ниже уровень культуры и уровень развития людей, тем вероятнее они будут ненавидеть людей высокоразвитых, уничтожая их или принуждая их прятаться и маскироваться. Чем выше будет уровень образования основной массы населения, тем лучше будет для элиты — меньше опасности, больше аудитория, больше последователей, защиты, финансовой поддержки и т.д.» (Maslow, 1979, р. 262 — цит. по: Shaw, Colimore, 1988, p. 54).

А. Эрон усматривает в работах Маслоу воплощение одновременно двух противоречащих друг другу взглядов на природу человека (Awn, 1977) . Демократическая позиция заключается в признании автономии и свободы личности, уникальности системы ценностей каждого человека, в подчеркивании терпимости к иным взглядам как ценности самоактуализирующихся людей. Аристократическая же позиция выражается в стремлении Маслоу к иерархизации всего — идей, ценностей, людей, организаций и обществ. А. Эрон подчеркивает несовместимость демократической и аристократической ориентации в одном и том же человеке и тем самым логическую противоречивость концепции Маслоу под этим углом зрения (Там же).

Обсуждение этого вопроса было подхвачено другими авторами. В частности, К. Хэмпден-Тернер в комментарии к статье Эрон относит противопоставление демократизма и элитаризма к числу тех ложных дихотомий, которые Маслоу в своей теории личности удалось преодолеть (Hampden-Turner, 1977). Большинство авторов, однако, скорее разделяют точку зрения А. Эрон. Так, А. Басе считает, что это противоречие во взглядах Маслоу действительно существует, и что оно отражает фундаментальное противоречие, имеющее место в американском обществе, где идеал демократии сочетается на деле с властью элиты. Эту двойственность, проявляющуюся и на уровне сознания отдельного человека, Маслоу ошибочно отнес за счет его биологической природы (Buss, 1979).

Социально-политический анализ А. Басса был углублен и дополнен социально-экономическим анализом в работе Р. Шоу и К. Колимор (Shaw, Colimore, 1988). Шоу и Колимор показывают, что демократизм и элитаризм в общественном сознании и общественной идеологии США выступают закономерным следствием и порождением одного явления — рыночной экономики. С этой точки зрения авторы рассматривают теорию Маслоу как идею капитализма, доведенную до логического завершения. Маслоу-демократ, по их мнению, выражает психологический вариант экономического индивидуализма в условиях общества свободного предпринимательства (Там же, р. 68). Личностные ресурсы в концепции Маслоу предстают как аналог материальных ресурсов в экономике, которые должны развиваться, то есть, в данном случае, актуализироваться (Там же, р. 59). Маслоу-аристократ, с другой стороны, защищает существование сильной экономической и политической элиты в иерархически стратифицированном обществе (Там же, р. 68). Приведем еще одну цитату из дневников Маслоу, служащую серьезным основанием для последнего вывода: «Взрослый человек, фиксированный на уровне потребности в безопасности или в любви — это неполный или усеченный (diminished) человек и с ним нужно соответственно обращаться и соответственно говорить; он может понять и прочувствовать лишь обращение на языке соответствующего уровня <...>. Нелепо давать "низшим" людям те же законы, что и "высшим". Верховный суд в своих решениях к каждому человеку относится так, как если бы он был Томасом Джефферсоном. Я бы сказал, что неполный человек обладает меньшими правами, чем самоактуализирующийся человек» (Maslow, 1979, р. 687 — Цит. по: Shaw, Colimore, 1988, p. 65). Противоречие между демократизмом и аристократизмом разрешалось для Маслоу или в утопической идее создания синергичного окружения, или в компромиссной модели «...иерархически структурированного общества, предоставляющего индивидам равные возможности для реализации их неравных потенциалов» (Shaw, Colimore, 1988, p. 71).

Таким образом, теория самоактуализации Маслоу, при рассмотрении под углом зрения ее мировоззренческого содержания, также обнаруживает определенную внутреннюю противоречивость. Следует, правда, отметить, что эта противоречивость не вытекает из самой идеи самоактуализации как движущей силы развития личности, а характеризует конкретную форму реализации этой идеи в иерархической теории Маслоу; вытекает же она из объективных противоречий жизни американского общества 1950—60-х годов.

Разрыв между личностью и обществом в теориях самоактуализации тесно связан с пятым теоретически уязвимым их аспектом — с биологизацией природы человека в теориях Маслоу и Роджерса. В критических работах (Smith, 1974; Gel/er, 1982) убедительно показывается невозможность рассмотрения личности как некоей субстанции, первичной по отношению к каким бы то ни было социальным взаимодействиям. Теория Маслоу, как и Роджерса, оказывается «...принципиально ущербной, поскольку она основывается на редукционистской логике» — логике сведения человеческого к набору биологических особенностей, логике, которая «предполагает возможность перевода осмысленного в бессмысленное, символического в несимволическое, социального в несоциальное, нефизического в фи-зическое, негенетического в генетическое» (Gel/er, 1982, р. 67, 69). Такая логика кажется на первый взгляд плохо согласующейся с направленностью Маслоу на изучение высот человеческого духа, самого человеческого в человеке. Остановимся на этом моменте несколько подробнее.

«Оглядываясь назад, — писал Маслоу, — мы отчетливо видим, что любая доктрина врожденной греховности человека или любое принижение его животной природы очень легко ведет к некоей сверх-человеческой интерпретации добра, праведности, нравственности, самопожертвования, альтруизма и т.п. Если их нельзя объяснить из самой человеческой природы, — а объяснить их необходимо, — тогда объяснение приходится искать вне природы человека» (Maslow, 1970 b, p. 36-37).

В приведенной цитате четко прослеживается методологическая направленность Маслоу. Сделав предметом своего изучения высшие сущностные проявления человека, он пытается понять их не как проявление чего-то высшего по отношению к человеку, дар Творца или воплощение Абсолютного духа, идеи, а как неотъемлемый и естественный атрибут самой природы человека. Однако природа человека для Маслоу (как и для Роджерса) исчерпывается его биологической природой. Поэтому единственная научная альтернатива сврхъестественным истолкованиям человеческих ценностей, которую видит Маслоу, — это связывание всех сущностных стремлений человека, в том числе и стремления к самоактуализации, с его наследственным «багажом», с которым он вступает в мир. Маслоу говорит об истинктоидной природе не только базовой потребности, но и метапотребностей — высших ценностей Бытия, которые, по Маслоу, независимы от культурного контекста, хотя культурные условия играют роль как фактор актуализации этих потребностей. Маслоу употребляет даже термин «высшая животность» для характеристики духовной жизни человека (Maslow, 1969 b, p. 182).

Пытаясь все же провести границу между человеком и животными, Маслоу делает шаг назад, утверждая, что инстинктоидные потребности человека слабы по сравнению с настоящими инстинктами у животных, и что культурные влияния могут легко пересилить их. Это заставляет вспомнить ироническую реплику Л.С. Выготского: «Одно из двух: или бог есть, или его нет <...>. Ответы вроде того, что бог есть, но очень маленький <...> анекдотичны» (Выготский, 1982, с. 410). Очевидно, что «очень маленький» инстинкт Маслоу только запутывает дело. Более последовательна биологизаторская позиция Роджерса, который пишет, что стремление к самоактуализации на уровне личности (self) может только нарушить гармоническое развитие, если оно будет противоречить единственно истинной актуализации на уровне организма.

Можно понять ту фундаментальную методологическую ошибку, которая толкнула Маслоу, стремившегося к материалистическому объяснению духовной жизни человека, от одной крайности к другой. Сущность человека Маслоу сводит к его природе, а природу — к биологической природе. Поскольку самоактуализирующиеся личности, которых он изучал, были самодостаточными и не склонными поддаваться влиянию культурного окружения, для Маслоу осталось незамеченным, что именно социокультурный мир человека выступает как средоточие сущностных характеристик человека, которые следует искать вне комплекса свойств, характеризующих его биологическую природу.

Ответы на критику, самокритика и эволюция воззрений Маслоу

Оценить истинный масштаб Маслоу и как личности, и как мыслителя позволяет взгляд на эволюцию его воззрений за три десятилетия. В отличие от многих авторов, вполне сопоставимых с ним по 38 i Подходы к мотивации в современной психологии

степени влияния (в частности, К. Роджерса и В. Франкла), Маслоу постоянно критически пересматривал свои взгляды, обновлял их и продвигал дальше. Он внимательно относился к критике, анализировал ее причины и, не всегда соглашаясь с ней, тем не менее конструктивно использовал ее для дальнейшего развития собственных взглядов. Так, он последовательно разработал три достаточно разных теории человеческой мотивации: теорию иерархии базовых потребностей (начало 1940-х годов), теорию мотивации дефицита и мотивации роста (середина 1950-х годов) и теорию метамотивации и бытийных ценностей (конец 1960-х годов).

В данной работе особо выделена эволюция его взглядов на само-актуализацию. В теории Маслоу мы выделили пять последовательно переходящих друг в друга трактовок самоактуализации: (1) самоактуализация как высший уровень и цель развития; (2) самоактуализация как высший мотив; (3) самоактуализация как процесс развития; (4) самоактуализация как эпизод (пиковые переживания) и (5) само-актуализация как предпосылка, отправная точка Бытия. Важно отметить, что между этими пониманиями нет противоречий, движение от первой трактовки к пятой отражает лишь обогащение идеи самоактуализации, более глубокое раскрытие сущности этого явления.

Однако наиболее ярко творческая неуспокоенность Маслоу раскрывается в работах последних лет жизни, многие из которых были впервые опубликованы лишь совсем недавно, в вышедшем несколько лет назад сборнике ранее не публиковавшихся статей из его научного архива (Maslow, 1996).

Достаточно развернутая статья, датированная октябрем 1966 года, посвящена ответу на критику теории самоактуализации. Задачу этой статьи сам Маслоу видит в том, чтобы эксплицировать те неявные допущения, которые лежат в основе гуманистической психологии (Маслоу практически ставит между гуманистической психологией и теорией самоактуализации знак равенства). Первой предпосылкой Маслоу считает аксиому, что человек хочет жить. Гуманистическая психология бесполезна в случаях, когда жизнь предстает бессмысленной. «Она говорит что-то только тем людям, которые хотят жить и развиваться, становиться более счастливыми и более эффективными, осуществлять себя, больше нравиться самим себе, вообще становиться лучше и двигаться в направлении идеала совершенства, пусть даже без надежды достичь его» (Maslow, 1996, р. 26—27). Вторая аксиома — существование, по меньшей мере отчасти, некоторой фиксированной человеческой природы или сущности, проявляющейся в потребностях и способностях, — вопреки позиции Ж.-П. Сартра, абсолютизирующего неопределенность и пластичность человеческой природы.

Третье допущение — множественность индивидуальных различий, которые воспринимаются Маслоу как позитивный фактор, заслуживающий всяческой поддержки и культивирования. Четвертая аксиома — кросс-культурный и кросс-исторический характер самоактуализации, постулируя которую, Маслоу, в частности, опирается на свой опыт взаимодействия с такими культурами как японская, а также североамериканских индейцев (племени черноногих). Пятая аксиома — невроз не относится к природе человека, это защита против аутентичного Я, глубинных слоев личности, против роста и развития. Шестая аксиома — люди, обладающие полноценными возможностями выбора, предпочтут бытийные ценности невротическим ценностям. Седьмое допущение говорит о пиковых переживаниях, однако Маслоу честно признается, что нет объективных критериев, позволяющих отличить здоровые пиковые переживания от маниакальных приступов — только ретроспективный анализ делает это возможным. Восьмое допущение касается влияния личных воззрений и критериев на научную теорию. Маслоу считает влияние личных интуитивных субъективных суждений на научную теорию неизбежным на стадии ее первоначального формулирования, однако далее теория подвергается проверке объективными методами, что позволяет валидизировать эти элементы субъективизма. Девятая аксиома говорит о повышенной чувствительности самоактуализирующихся людей к добру и злу, к ценностям в целом. Десятая аксиома сформулирована Маслоу с наибольшими колебаниями. «Я чувствую, — говорит Маслоу, — хотя у меня и нет уверенности, что теория самоактуализации должна поставить вопрос о высокоразвитом человеке и его ответственности по отношению к тем, кто менее развит в душевном или физическом отношении» (Там же, р.31). Одиннадцатая аксиома говорит о том, что представления о «хорошем» видоспецифичны: то, что хорошо для человека, хорошо только для человека. И наконец, заключает Маслоу, «самоактуализация — это еще не все. Личное спасение и благо для отдельной личности нельзя понять в изоляции. Необходима, следовательно, социальная психология. Благо других людей должно учитываться так же, как и собственное благо, хотя необходимо показать, насколько они (могут быть) синергичны» (Там же).

В другом тексте (написанном в марте 1970 года, за несколько недель до смерти), посвященном сущности человека, Маслоу смещает акценты. Каждый человек обладает высшей природой, говорит Мас- лоу, и это значит, что при благоприятных условиях люди будут обнаруживать такие черты как альтруизм, привязанность, дружелюбие, честность, доброту и доверие. Другими словами, при хороших Условиях среды люди будут «хорошими» — нравственными и добродетельными. Маслоу однако подчеркивает, что верны и теории, считающие, что человек может быть не только добрым, но и злым. «Моя позиция не утверждает, что люди в своей основе добры, потому что это фактически неверно. Моя точка зрения утверждает, что природа человека может быть доброй при определенных условиях, и остается уточнить эти условия» (Mas/ow, 1996, р. 84). Эта мягкая формулировка отражает принципиальный в теоретическом плане вывод, к которому он пришел незадолго до смерти, о том, что благоприятные условия и удовлетворение всех базовых потребностей не приводят автоматически к доминированию высшей мотивации и безграничному личностному развитию, как он считал ранее. В интервью, данном им в конце 1968 года Уилларду Фрику, Маслоу высказывается более резко, говоря, что при обеспечении таких благоприятных условий некоторые движутся на следующую стадию развития, а некоторые, наоборот, впадают в депрессию или обнаруживают целый веер метапатологий, таких как цинизм, нигилизм, анархизм и др. {Frick, 2000, р. 139).

Это изменение представлений о механизмах личностного роста сопровождается отчетливым движением Маслоу от его изначальной позиции «все заложено в биологии» в направлении экзистенциалистской ориентации, с которой он недвусмысленно идентифицируется в очерке «Наука, психология и экзистенциальные воззрения», датированном 1966 годом. Многие экзистенциалистские идеи можно найти в его книгах «Эвпсихическое управление» (Maslow, 1965 b) и «Новые рубежи человеческой природы» {Maslow, 1976). Для Маслоу, впрочем, потенциалистская и экзистенциалистская позиции не выступали как противоположные — их противоположность проявилась уже после его смерти, в дискуссиях между Р. Мэем и К. Роджерсом (см. Леонтьев, 1997 б). В очерке «Психология счастья», написанном в конце 1964 года, Маслоу практически дословно воспроизводит известную позицию В. Франкла, говоря о том, что счастье не может быть целью, а выступает как побочный продукт или эпифеномен осмысленной активности {Maslow, 1996, р. 23—24). В статье «Биологическая несправедливость и свобода воли», датированной 1969 годом, Маслоу констатирует, что будучи от рождения неравны по своему генетическому потенциалу, люди с момента рождения обладают свободой и вместе с тем ответственностью в отношении к нему. «То, что я делаю с моим генетическим наследием и с моим телом, определенно важнее, чем просто данность моей биологической наследственности» {Там же, р. 65). Такие эмоции как гордость, смирение, вина, стыд и т.п. также относятся к тому, что я сам делаю с этим, а не к тому, чем я располагаю изначально. В этой же работе Маслоу подробно анализирует понятие ответственности, подчеркивая, что первейшая ответственность личности — быть собой. Ответственность за другого человека допустима, если другой слаб и нуждается в помощи, но она не должна препятствовать ему в присвоении и осуществлении его собственной ответственности за себя.

Одним из наиболее отчетливых признаков эволюции воззрений Маслоу от потенциализма к экзистенциализму в последние годы его жизни выступает выдвижение на передний план понятия призвания или миссии (Maslow, 1965 b; 1996; Frick, 2000). Если раньше наличие дела или призвания выступало у Маслоу лишь как один из многих признаков самоактуализирующейся личности, то теперь оно становится все более центральным. Уже в книге «Эвпсихическое управление» Маслоу констатирует, что единственный работающий путь к спасению души — это посвящение себя какому-то значимому и стоящему делу, к которому человек ощущает призвание. Люди, которые добились не только спасения, но и заслужили уважение и любовь всех, кто их знал — это труженики и ответственные люди. Вдобавок все они были счастливы — настолько, насколько это было возможно в их обстоятельствах. Возможно, в других культурах существуют и другие пути, но в западной культуре этот путь единственный. «Все счастливые люди, которых я знал, были люди, хорошо работавшие над чем-то, что они считали важным» (Maslow, 1965 b, р. 6). В датированной 1966 годом статье «Высшая мотивация и новая психология» Маслоу констатирует, что чувство призвания или миссии — главная и универсальная характеристика самоактуализирующихся людей, присущая им всем без исключений. «Они реально включены в работу, которую они любят; слово "труд" здесь даже не подходит» (Maslow, 1996, р. 90). Деятельность самоактуализирующихся людей служит для них средством выражения вечных, высших ценностей (таких, как истина, добро, красота или справедливость) в повседневной жизни — этим они отличаются от остальных людей.

Таким образом, можно выделить еще одно — шестое — понимание самоактуализации у Маслоу. Это понимание связывает ее с призванием, миссией и фактически ставит знак равенства между самоактуализацией и такими ключевыми понятиями экзистенциальной психологии как самотрансценденция (Франкл, 1990) и интенциональность (Мэй, 1997). Самоактуализация в этом шестом понимании предстает как воплощение высших ценностей в индивидуальной активности, направленной на что-то значимое в мире. Это позволяет сделать вывод о том, что эволюция взглядов Маслоу в направлении экзистенциализма в последние годы его жизни привела к существенному переосмыслению центральных понятий его теории.

Подведем итоги. Принцип самоактуализации как мотивации к развертыванию генетически заданного потенциала, заложенного в биологической природе человека, был впервые сформулирован К. Гольдштейном. К. Роджерс превратил этот принцип в этическую и мировоззренческую идею, а А. Маслоу в своих ранних работах построил на его основе развернутую теорию мотивации и личности. Принцип самоактуализации в его раннем, биологизаторском варианте встретил серьезную критику. Однако взгляды А. Маслоу не стояли на месте. В отличие от К. Роджерса, догматически отстаивавшего до конца жизни свою веру в биологическую природу добра, Маслоу прошел сложный путь трансформации теоретических воззрений, приведший его к концу жизни на позиции, близкие экзистенциальной психологии. Опровергая свои более ранние взгляды, Маслоу признал, что благоприятные условия не гарантируют личностного развития автоматически, и что самоактуализация, счастье и спасение души невозможны без осмысленного призвания в мире и направленности на высшие ценности. Категории призвания и ответственности личности стали для него центральными.

Интересно, что в последние годы разные авторы стали использовать понятие самоактуализации вне исходного теоретического контекста, переосмысляя его в экзистенциальном ключе. Так, Р.Х. де Карвальо (DeCarvalho, 1990) предложил новую трактовку самоактуализации на основе идеи интенциональности Я, определив самоактуализацию как «бытие в процессе аутентичного становления». Т. Бреннан и М. Пеховски (Brennan, Piechowski, 1991) соотнесли идею самоактуализации Маслоу с теорией развития личности Казимежа Домбровского и получили эмпирические данные, позволившие отождествить уровень самоактуализации с четвертым из пяти уровней по Домбровскому. Интересно, что описание пятого, высшего уровня по Домбровскому хорошо согласуется с приведенным выше шестым, экзистенциально ориентированным пониманием самоактуализации у Маслоу. И. Сент- Арно (St.-Arnaud, 1996) развернул интегрированную теорию самоактуализации в контексте самодетерминации и личностного выбора.

Таким образом, теория Маслоу с учетом ее эволюции оказывается весьма адекватной новой психологии и задачам нового столетия; более того, психологической науке на новом витке своего развития еще предстоит открыть для себя нового Маслоу, уже не в первый раз опередившего свое время. Можно вполне согласиться с мнением Э. Хофмана {Hoffmann, 1996, р. IX), что истинное значение работ Маслоу раскроется только в XXI столетии.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Выготский Л. С. Собр. соч.: В 6 т. М.: Педагогика, 1982. Т. 1.
  2. Леонтьев Д.А. Самореализация и сущностные силы человека // Пси-хология с человеческим лицом: гуманистическая перспектива в пост-советской психологии / Под ред. Д.А. Леонтьева, В.Г. Щур. М.: Смысл, 1997 а. С. 156-176.
  3. Леонтьев Д.А. Что такое экзистенциальная психология? // Психология с человеческим лицом: гуманистическая перспектива в постсоветской психологии / Под ред. ДА. Леонтьева, В.Г. Щур. М: Смысл, 1997 б. С. 40—54.
  4. Леонтьев Д.А. Самореализация // Человек: философско-энциклопе-дический словарь / Под ред. И.Т. Фролова. М.: Наука, 2000. С. 322—324.
  5. Маслоу А. Мотивация и личность. СПб.: Евразия, 1999 а.
  6. Маслоу А. Новые рубежи человеческой природы. М.: Смысл, 1999 б.
  7. Мэй Р. Любовь и воля. М.: Рефл-Бук, 1997.
  8. Франкл В. Человек в поисках смысла. М.: Прогресс, 1990.
  9. Хорни К. Невроз и развитие личности // Собр. соч.: В 3 т. М.: Смысл,
  10. 1997. Т. 3. С. 236-684.
  11. Ansbacher N.L. Alfred Adler and Humanistic Psychology // Journal of Humanistic Psychology. 1971. № 1. P. 53—56.
  12. Arkes H.R., Garske J.P. Psychological Theories of Motivation. 2nd ed. Monterey (Cal.): Brooks/Cole, 1982.
  13. Aron A. Maslow's other child // Journal of Humanistic Psychology. 1977. Vol. 17, № 2. P. 9-24.
  14. Brennan T.P., Piechowski M.M. A developmental framework for self-actualization: evidence from case studies//Journal of Humanistic Psychology. 1991. Vol. 31, №3. P. 43-64.
  15. Buhler Ch. Theoretical Observations about life's basic tendencies // Ame-rican Journal of Psychotherapy. 1959. Vol. 13, № 3. P. 561—581.
  16. Buhler Ch. Basic tendencies of human life: theoretical and clinical consi-derations // Sinn und Sein / R. Wisser (Hg.). Tubingen: Max Niemeyer Verlag,
  17. 1960. S. 475-494.
  18. Buss A. Humanistic psychology as liberal ideology: the socio-historical roots of Maslow's theory of self-actualization // Journal of Humanistic psychology. 1979. Vol. 19, №3. P. 43-55.
  19. DeCarvalho R.J. The growth hypothesis and self-actualization: an existen-tial alternative //The Humanistic Psychologist. 1990. Vol. 18, № 3. P. 252-258.
  20. Frankl V.E. Psychotherapy and Existentialism. New York: Simon and Schuster, 1967.
  21. Frankl V.E. Der Mensch vor der Frage nach dem Sinn. Munchen: Piper, 1979.
  22. Frick W. Remembering Maslow: Reflections on a 1968 interview // Journal of Humanistic Psychology. 2000. Vol. 40, № 2. P. 128-147.
  23. Geller L. The failure of self-actualization theory: A critique of Carl Rogers and Abraham Maslow//Journal of Humanistic Psychology. 1982. Vol. 22, № 2. P. 56-73.
  24. Geller L. Another look at self-actualization // Journal of Humanistic Psychology. 1984. Vol. 24, № 2. P. 93-106.
  25. Giorgi A.P. Humanistic Psychology and metapsychology // Humanistic Psychology: Concepts and Criticisms/J.R. Royce, L.P. Mos (Eds.). New York; London: Plenum Press, 1981. P. 19—47.
  26. Goldstein K. The organism. New York: American book company, 1939.
  27. Goldstein K. Human nature in the light of psychopathology. Cambridge: Harvard University Press, 1940.
  28. Goldstein K. Health as value // New knowledge in human values / A.H. Maslow (Ed.). New York: Harper and Brothers, 1959. P. 178—188.
  29. Hampden-Turner С Comment on «Maslows other child» // Journal of Humanistic Psychology. 1977. Vol. 17, № 2. P. 25—31.
  30. Hoffman E. Foreword // Maslow A.H. Future Visions: The unpublished papers of Abraham Maslow / E. Hoffman (Ed.). Thousand Oaks (Ca): Sage, 1996. P. IX-XVI.
  31. Krippner S. (Ed.) The plateau experience: A.H. Maslow and others // Advances in altered states of consciousness and human potentialities. Vol. 1 / T.X. Barber (Ed.). New York: Psychological Dimensions, Inc., 1976. P. 651—664.
  32. Lethbridge D. A marxist theory of self-actualization // Journal of Huma-nistic Psychology. 1986. Vol. 26, № 2. P. 84-103.
  33. McClelland D.C. Comments on professor Maslow's paper // Nebraska symposium on motivation. Vol.3 / M.R. Jones (Ed.). Lincoln (Nb): University of Nebraska Press, 1955. P. 31-37.
  34. Marks S. Culture, human energy, and self-actualization: a sociological offering to Humanistic psychology//Journal of Humanistic Psychology. 1979. Vol. 19, №3. P. 27-42.
  35. Maslow A.H. Lessons from the peak experiences // Science and human affairs / R.E. Farson (Ed.) Palo Alto (Cal.): Science and Behavior Books, 1965 a. P. 45—54.
  36. Maslow A.H. Eupsychian Management: A Journal. Homewood (111.): Richard
  37. D. Irwin; Dorcey Press, 1965 b.
  38. Maslow A.H. Toward a psychology of Being. 2nd ed. New York: Van Nost-rand, 1968.
  39. Maslow A.H. Notes on Being-psychology// Readings in Humanistic Psy- chology/A.J. Sutich, M.A. Vich (Eds.). New York: Free Press, 1969 a. P. 51-80.
  40. Maslow A.H. A theory of metamotivation: The biological rooting of the value-life // Readings in Humanistic Psychology / A.J. Sutich, M.A. Vich (Eds.). New York: Free Press, 1969 b. P. 153-199.
Для отправки нажмите Ctrl+Enter, осталось символов для ввода: 1000

Комментарий принят на модерацию

Развитие темы

Самые популярные материалы