Свободное воспитание - не вседозволенность. Выпуск 2010-12-25

Добрый день, дорогие коллеги!

Свободное воспитание - очень широкое поле, где цветут самые разные цветы и торчат самые странные коряги. Под словами "свободное воспитание" может скрываться все что угодно: хотя бы я всю жизнь был сторонником свободного воспитания, но моя манера свободного воспитания двадцать лет назад кардинально отличалась от моего сегодняшнего педагогического стиля. Первое, что я предложил бы сделать - отделить поле свободного воспитания от других территорий: от того, что на него похоже, но свободным воспитанием все-таки не является.

Свободное воспитание - это не про желание пожалеть ребенко

Мы все желаем детям счастья, но желание пожалеть бедного ослабленного несчастного усталого ребенка, освободить его от каких бы то ни было жизненных нагрузок - это никак не философия свободного воспитания. Многим мамам свойственно жалеть своего ребенка, но идея свободного воспитания с этим желанием не перетруждать ребенка и создать ему комфортные условия жизни не связана никак.

По крайней мере Жан-Жак Руссо, как идеолог свободного воспитания, резко выступает против изнеженно-женской культуры, где принято ребенка пожалеть, ребенку уступить, за ребенка сделать, создавать ему комфортные условия жизни. Нет, естественное воспитание по Руссо – это прямая встреча ребенка с жесткой и трудной жизнью, с холодом и голодом, с лишениями и смертью. Руссо против медицины, она делает человека изнеженным. Пусть простудится, но не станет сумасбродом. Руссо требователен к воспитанию стойкости ребенка, и приучение ребенка к жесткой реальности жизни вполне сочетается с идеей свободного воспитания.

"Думают только о том, как бы уберечь своего ребенка; этого недостаточно: нужно научить, чтобы он умел сохранять себя, когда станет взрослым, выносить удары рока, презирать избыток и нищету, жить, если придется, во льдах Исландии пли на раскаленном утесе Мальты. Дело не в том, чтобы помешать ему умереть, а в том, чтобы заставить его жить".

Свободное воспитание - это не про вседозволенность

Жан-Жак Руссо в отношении вседозволенности выражал следующую, достаточно жесткую позицию.

"Знаете ли, какой самый верный способ сделать вашего ребенка несчастным? Это — приучить его не встречать ни в чем отказа; так как желания его постоянно будут возрастать вследствие легкости удовлетворения их, то рано или поздно невозможность вынудит вас, помимо вашей воли, прибегнуть к отказу, и эти непривычные отказы принесут ему больше мучений, чем самое лишение того, чего он желает. Сначала он захочет получить палку, которую вы держите, скоро он запросит ваши часы, затем запросит птицу, которая летит перед ним, запросит звезду, которую видит на небе, запросит все, что только увидит; если вы не Бог, как вы его удовлетворите?

Как представить, чтобы ребенок, обуреваемый таким образом гневом и пожираемый самыми раздражающими страстями, мог быть когда-нибудь счастлив? Какое уж тут счастье! Он одновременно и деспот, и в то же время самый низкий из рабов, самая жалкая из тварей. Я видел детей, воспитанных таким образом; они желали, чтобы им плечом своротили с места дом, чтобы дали петуха, которого они видели на шпице колокольни, чтобы остановили шествие полка и дали им подольше послушать барабанный бой, и, если не спешили им повиноваться, они оглашали криками воздух, не желая никого слушать. Все тщетно хлопотали угодить им; так как вследствие легкости исполнения желания их усиливались, то они упорно настаивали на вещах невозможных и всюду находили себе только противоречия и препятствия, муку и скорбь. Вечно бранясь, вечно своевольничая, вечно злясь, они целые дни проводили в криках и жалобах. Могли ли они быть существами вполне счастливыми? Соединение слабости и господства порождает лишь безумие и бедствия. Из двух избалованных детей один бьет стол, другой заставляет бичевать море: им придется много бичевать и бить, прежде чем они будут жить довольными".

Не менее определенно высказывается Александр Нилл, основатель школы Саммерхилл, наверное один из самых последовательных, ярких и успешных лидеров ХХ века, занимающихся практикой свободного воспитания. Он пишет:

При свободном воспитании "ребенок ест, когда голоден, приобретает привычки чистоплотно­сти, когда захочет, на него никогда не кричат и не поднимают руки, он всегда любим и защищен. Ска­занное звучит легко, естественно и прекрасно, од­нако поразительно, как много молодых родителей, ревностно отстаивающих эту идею, умудряются по­нимать ее превратно.

Например, четырехлетний Томми лупит по кла­вишам соседского пианино деревянным молотком. Любящие родители оглядываются с торжествую­щей улыбкой, которая означает: разве не удиви­тельна саморегуляция этого ребенка?

Другие родители считают, что их полуторагодо­валого ребенка никогда не следует укладывать спать, поскольку это было бы насилием над природой. Пусть он бодрствует, сколько хочет, а когда рухнет, мать от­несет его в постель. На самом деле ребе­нок все больше устает и возбуждается. Он не может сказать, что хочет спать, ибо еще не умеет выражать свою потребность слова­ми. В конце концов уста­лая и разочарованная мать хватает его на руки и та­щит плачущего в постель. Одна молодая пара, счи­тающая себя адептом моего учения, пришла ко мне с во­просом, хорошо ли будет, если они установят в детской по­жарную сигнализацию. Приве­денные примеры показывают, что любая идея, будь она старой или новой, опасна, если не со­четается со здравым смыслом.

Только полный идиот, если ему поручить маленьких детей, позволит оставить незарешеченными окна в спальне или открытым огонь в детской. И все же до­вольно часто молодые поборники саморегуляции, посещая мою школу, возмущаются недостаточной свободой у нас, потому что мы запираем ядовитые вещества в шкафах или запрещаем игры с огнем. Все движение за свободу детей омрачается и дис­кредитируется тем, что слишком многие поборни­ки свободы витают в облаках.

Один такой адепт выразил мне недавно свое возмущение тем, что я накричал на трудного семи­летнего мальчика, который стучал по двери моего кабинета. По мнению возмущавшегося, я должен улыбаться и терпеть шум, пока ребенок не изживет свое желание барабанить по дверям. Я действитель­но провел немало лет, терпеливо снося деструктив­ное поведение трудных детей, но делал это в каче­стве их психотерапевта, а не просто человека. Если молодая мать считает, что ее трехлетнему ребенку следует позволить разрисовать входную дверь крас­ными чернилами на том основании, что таким об­разом он свободно самовыражается, значит, она не способна ухватить самый смысл саморегуляции.

Помню, мы с другом были в театре Ковент-Гарден. Во время первого отделения девочка, сидевшая перед нами, громко говорила что-то отцу. В антрак­те я нашел другие места. Друг спросил меня: «А что бы ты сделал, если бы так вел себя один из учени­ков Саммерхилла?» — «Велел бы ему заткнуться», — ответил я. «Тебе не пришлось бы этого делать, — сказал мой друг, — потому что они не стали бы так себя вести». И я думаю, что никто из них действи­тельно не повел бы себя так.

Как-то одна женщина привела ко мне свою се­милетнюю дочь. «Мистер Нилл, — сказала она, — я прочла каждую написанную вами строку, и еще до того, как Дафна родилась, я решила вырастить ее в точности по вашим идеям». Я взглянул на Дафну, которая стояла на моем рояле в грязных ботинках. Оттуда она совершила прыжок на софу и чуть не пробила ее насквозь. «Вы видите, как она естествен­на, — восхищенно прокомментировала мать. — На­стоящий ребенок, воспитанный по Ниллу». Боюсь, я покраснел.

Именно различие между свободой и вседозво­ленностью и не могут ухватить многие родители. В строгой, суровой семье у детей нет никаких прав, в испорченной семье у них есть права на все. Хоро­ша та семья, в которой у детей и взрослых равные права".

А в жизни все по-разному...

Итак, классики идеологии свободного воспитания неоднократно и категорически утверждали, что свободное воспитание не имеет ничего общего со вседозволенностью. На практике, в школах и семьях, где провозглашается свободное воспитание, вседозволенность нередко и практикуется, и разрешается. Основных причин две. Первая - недостаток ума... Второе - осознанный радикализм.

Педагогические эксперименты радикалов сторонников свободного воспитания оцениваются очень неоднозначно и скорее отрицательно, см.

Из воспоминаний ученицы школы свободного воспитания: "В десять лет мы были практически неграмотны, но зато могли зак­лючить, что Раймонд "самовыражается", когда в середине того, что у нас считалось уроком английского языка, он начинал от­плясывать на парте". Посторонние люди, наблюдающие процесс свободного воспитания, убеждены, что там процветает вседозволенность. Из репортажа: "В Саммерхилле один ученик разбил семнадцать окон и не получил даже устного замечания!".

Кто прав? Радикальные сторонники свободного воспитания, которых не понимают закоснелые обыватели, или те, кто объясняют этим радикалам, что их эксперименты слишком дорого обходятся в первую очередь самим детям?..

Можно предположить, правы и неправы обе стороны. Посторонние люди часто видят вседозволенность там, где в реальности другое, а именно - когда-то разовый эксперимент, а когда-то лишь тактический ход педагога. С другой стороны, сами педагоги этого крыла не замечают в своей практике фактическую вседозволенность, когда слишком часто идут за детьми на поводу и разрешают детям то, что идет им же во вред, что порождает позже слишком много конфликтов между ребенком и окружающими людьми.

Н.И. Козлов, д.п.н., профессор
Для отправки нажмите Ctrl+Enter, осталось символов для ввода: 1000

Комментарий принят на модерацию

Самые популярные материалы