Сравнение российского и западного менталитета

Западные социсследования показывают, что по менталитету россияне похожи на северо-европейцев. Однако в годы путинского правления у большинства из них произошёл откат в «традиционализм». Значительны пока и отличия в культуре россиян и европейцев.

Главным врагом русского человека на протяжении уже нескольких столетий считается государство в образе служило-карательного сословия. «Источник добра в русской ментальности – община, сегодня – это близкие и друзья (Gemeinshaft), а зло проецируется на государство в образе чиновничества (ранее – барина, городового и т. п.); способ действий – «всё образуется», а торжество добра мы мыслим несомненным, но… в будущем («не мы, так наши дети…»)», – пишут социологи.

Естественен вопрос: каковы плюсы и минусы русского менталитета в реализации «прозападных» реформ? Социологи отвечают на этот вопрос: «Немец не полагается на «авось, обойдётся», англичанин или американец ищет справедливости в судах, которые защищают права человека, что фиксированы в Конституции на основе «священного» договора между гражданами и избранными ими властями. Что же касается победы добра над злом, то в западной культуре это зависит от деятельности партий, их представлений о том, что есть добро и что есть зло и, главное, от персональных усилий каждого гражданина».

Ну а далее социологи переходят от теории к практике. Имеются данные статистик с использованием психологических тестов в межкультурных исследованиях. К. Касьянова применила тест MMPI на российских студентах и контрольной группе пилотов, сопоставляя свои данные с результатами, полученными другими психологами из многих стран. Она нашла, что россияне зашкаливают по «циклоидности». Это понятие из языка психоаналитиков означает, что россияне не склонны к систематически выполняемой деятельности, которая не зависит от настроения, в отличие, например, от пунктуальных немцев.

Интереснейшие результаты межкультурных исследований были получены Е. Даниловой, Е. Дубицкой и М. Тарарухиной. Они использовали психологический тест голландского социопсихолога Герда Хофштеда, разработанный им в 60-х годах для измерений параметров организационной культуры.

Хофштед выявил этнонациональные особенности трудовых отношений и опроверг верование в универсальную их рациональность. По тесту Хофштеда были изучены 70 народов. В последние годы проведены массовые тестирования россиян: 1700 респондентов из числа сотрудников энергетических компаний в 23 регионах России и 518 работников крупных машиностроительных предприятий Москвы, Поволжья, Владимирской области. Энергетики отличаются тем, что в их составе достаточно представлены менеджеры и специалисты новой формации, а вторые (машиностроители) на 90% – обычные российские рабочие.

Какие результаты этих исследований? Оказалось, что датчане, норвежцы и финны образуют один кластер. Дубицкая и Тарарухина назвали это «североевропейским синдромом солидарности». Англичане, американцы, ирландцы, а также немцы, австрийцы, итальянцы и швейцарцы образовали другой статистический кластер, который был назван «романо-германским синдромом достижительности». Россия же попала в группу северо-европейцев (к слову, на основе этих результатов видно, что могло бы прижиться в России в качестве политэкономической формации – либерализм англо-саксонского типа, южноевропейский патернализм или скандинавский социализм).

Другую шкалу исследователи определили в лексике менеджмента как «лояльность компании в обмен на гарантии», а в широком смысле это менталитет зависимости от внешней среды либо, напротив, настроенный на собственный ресурс социального субъекта. В логике менеджмента первый – ментальность наёмного работника, а второй – партнёра. По этому индексу россияне относятся к тем, кто больше ценит гарантии со стороны организации. В целом же они заключают, что российская культурная матрица (напомним, матрица трудовых отношений) далека от романо-германской, и снова ближе к менталитету наёмных работников в странах Северной Европы. Организационная культура России построена на двух китах: солидарность между работниками и подчинение организации. В шкалах Хофштеда это относится к культуре «феминности» по тестовым пунктам: забота друг о друге, интуиция, ценность свободного времени. Противоположный полюс «маскулинность» – напористость, рационализм, настойчивость в достижении целей, деньги.

«Подчинение организации в культуре трудовых отношений ассоциируется с общеизвестной чертой русского менталитета – этатизмом, отношению к государству в роли его подданных, не свободных граждан. Практически это означает лояльность существующим порядкам в обмен на гарантии со стороны государства», – заключат социологи.

Система ценностей в России по сравнению со странами Азии, Африки и Латинской Америки, достаточно близка к западно-европейской, «но более консервативна, традиционна, более склонна к порядку, иерархии и менее – к правам и свободам личности». В общем, тут открытия западные и российские социологи не совершили. Интереснее другое: а происходит ли в России трансформация ценностей в последние 20 лет? Есть и на эту тему исследования.

В 1990-е годы произошел заметный сдвиг в сторону ценностей «модерной личности» (интеллектуальная автономия, ценность мастерства), особенно у молодёжи. Однако в период 2000–2005 гг. фиксировалось возрастание гедонизма вместо ценностей развития творческих способностей. По важнейшим направлениям, произошёл откат назад… культурные предпосылки модернизации ухудшились. По данным мониторинговых обследований, выполненных в 1998, 2004 и 2007 гг. сотрудниками Института социологии, в период с 2004 до 2007 гг. доля так называемых модернистов сократилась с 26% до 20%, а традиционалистов – увеличилась с 41% до 47% при сохранении доли «промежуточных» (33%).

Признаками модерности авторы считали принятие ценностей индивидуальной свободы, что «совершенно неприемлемо» для традиционалистов и промежуточных в этом вопросе (80% выборки!). «Для них, – пишет М.К.Горшков, – оптимальна традиционная для России этакратическая модель развития, основанная на всевластии государства, служащего в идеале этой модели выразителем интересов общества в целом и обеспечивающего безопасность как каждого отдельного гражданина, так и общности. Причём подобная модель воспринимается, скорее, как хаотическое сообщество, где каждый выполняет свою функцию, чем как сообщество свободных индивидов, осознанно выстраивающих разнообразные жизненные стратегии, руководствуясь правами человека, признаваемыми как базовые и государством и обществом».

Итак, приведённые свидетельства говорят о том, что система ценностей россиян «достаточно близка» к северо-европейской, но более склонна к порядку, иерархии и менее – к правам и свободам личности. К тому же в последние годы доля традиционалистов увеличивается.

Однако «культурная составляющая» российского менталитета ещё далека от европейской.

Культурные параметры отношения к исключению в современной России рассмотрены в работах С.С. Ярошенко (отношение к бедным) и И.Н. Тартаковской (гендерные стереотипы и стили жизни). В исследовании Т.А. Добровольской и Н.Б. Шабалиной отмечена нетерпимость российских респондентов по отношению к самой идее сосуществования с нетипичными людьми. Респонденты высказали отрицательное отношение к тому, чтобы инвалид был их родственником (39%), соседом по квартире (37%), начальником (29%), представителем органов власти (27%), подчинённым (22%), учителем ребёнка (20%).

Другие исследования демонстрируют, что терпение как составляющая милосердия и гуманизма ценится в постсоветской России всё менее. Так, исследования Н.И. Лапина демонстрируют изменения в структуре базовых ценностей россиян за период с 1990 по 2006 гг.: если в 1990 г. традиционная ценность самопожертвования находилась на 8-м месте среди четырнадцати базовых, то в 1994 г. она опустилась на 11-е место, а к 2006-у она ещё ниже опустилась в этом списке, всё более уступая таким модернистским ценностям, как независимость и инициативность.

Иная ситуация в европейских странах. Был проведён опрос 135 российских и 98 иностранных (США, Канада, Австрия, Германия) респондентов – студентов, преподавателей и сотрудников университетов. Межкультурное исследование С.А. Завражина показало, что лишь половина российских респондентов высказалась за оказание помощи психически неполноценным людям (44% считают, что таких людей следует изолировать, 2% – ликвидировать, 2% – игнорировать), в то время как среди иностранных респондентов никто не поддержал идею ликвидации, изоляции или игнорирования людей с ограниченными возможностями, а 98% высказались за оказание им помощи. Обратим внимание – это опрос среди интеллигенции, а что уж говорить о простом народе…

Помогут ли в России мужчине, которому на улице стало плохо?

Какие выводы из этого исследования можно сделать? В целом россияне при «благоприятной обстановке» (демократическом правлении, уважении прав личности, интеграции в западный мир) потенциально готовы стать «северо-европейцами» (на уровне тех же финнов, ещё сто лет назад бывших такими же россиянами, и совершивших трансформацию в европейцев за очень короткий по меркам мировой истории срок). Но пока это всё – «журавль в небе». А «синица в руках», реалии нынешней жизни разбиваются о тактику выживания во враждебной среднестатистическому россиянину среде, где единственным спасителем выступает только высшая власть с её эксклюзивным правом на «единственного европейца».

Любопытно, что если вам на улице станет плохо, то, как показал эксперимент, в России вам никто не поможет. Два участника эксперимента, один в российском Санкт-Петербурге, а другой — в американском Майами, имитировали внезапные проблемы со здоровьем в людных местах. В России за полтора часа к больному не подошел никто, в США подходили и предлагали помощь немедленно: не проходило и минуты.

Внимание! Моя коллега, Елена Чуевская, пишет важную вещь: "Эксперимент", указанный в статье, был проведен не просто с нарушениями, но является явно "сфабрикованным". Его условия давно уже разоблачены Антоном Вуйма, кандидатом культурологических наук. Антон провел свой эксперимент и получил совсем другие результаты. Затем он "связался с авторами исходного ролика и спросил их, как они могли разместить такую дезинформацию. "На что получил вполне конкретный ответ, что у них не стояло цели показать правду, а они лишь хотели доказать, что у нас никто не подойдет. Вначале они изображали сильно больного, и останавливался каждый прохожий и предлагал помощь. Тогда они изменили стратегию и стали тихо сидеть в углу. Но и тогда к ним подходил каждый 15-й. И наконец, они просто вырезали из видео моменты, где к "больному" подходят прохожие, - рассказал Вуйма. - То есть осмысленно сфабриковали материал так, чтобы выглядело так, что люди в России не отзывчивые. В США они признают, что такой же эксперимент провалился в Нью-Йорке, никто не подошел. Но когда они повторили его в студенческом городе, обратились к какой-то студенческой организацией за помощью в съемках ролика, то все получилось. То есть ролик осмысленно сфабрикован". Не только Антон, но и многие другие люди провели альтернативные эксперименты, которые показали отзывчивость русских людей. ""Научное знание требует повторения эксперимента. И я лично повторил этот эксперимент в Санкт-Петербурге, где снимался и оригинальный ролик", - сообщил Антон Вуйма. Он изобразил, что ему стало плохо около станции метро Электросила. По словам Вуймы, в течение 20 секунд к нему подошло восемь человек и предложили помощи. "Причем толпа вокруг меня увеличивался с огромной скоростью и если бы я полежал еще минуту, то там было 30 человек. Наши люди не просто готовы были помочь, но тут же пытались определить диагноз болезни дать лекарство от него. Тут же создали штаб помощи. Где кто-то вызывал скорую, а другие думали, как меня спасти. И эти люди были с тяжеленными сумками и явно идущие по своим делам", - отмечает экспериментатор".

Для отправки нажмите Ctrl+Enter, осталось символов для ввода: 1000

Комментарий принят на модерацию

Гость 31 января 2014 14:06:25

Не дай Бог нам стать «северо-европейцами»!!!

Гость 2 сентября 2014 08:57:10

Когда я жил за рубежом, их принцип "закон есть закон" мне понравился. Он и, главное - его воплощение - дают реальную защищённость. А у нас просто беспредел выходит.

Гость 31 мая 2014 12:42:03

Опросы проводят гуманитары, которые составляют вопросы всегда таким образом, чтобы "восточные" всегда были "восточными", а "западные" - "западными".

Чуевская Елена 18 декабря 2014 22:21:50

Внимание! Сфабрикованный эксперимент! "Эксперимент", указанный в статье, был проведен не просто с нарушениями, но является явно "сфабрикованным". Его условия давно уже разоблачены Антоном Вуйма, кандидатом культурологических наук. Антон провел свой эксперимент и получил совсем другие результаты. Затем он "связался с авторами исходного ролика и спросил их, как они могли разместить такую дезинформацию. "На что получил вполне конкретный ответ, что у них не стояло цели показать правду, а они лишь хотели доказать, что у нас никто не подойдет. Вначале они изображали сильно больного, и останавливался каждый прохожий и предлагал помощь. Тогда они изменили стратегию и стали тихо сидеть в углу. Но и тогда к ним подходил каждый 15-й. И наконец, они просто вырезали из видео моменты, где к "больному" подходят прохожие, - рассказал Вуйма. - То есть осмысленно сфабриковали материал так, чтобы выглядело так, что люди в России не отзывчивые. В США они признают, что такой же эксперимент провалился в Нью-Йорке, никто не подошел. Но когда они повторили его в студенческом городе, обратились к какой-то студенческой организацией за помощью в съемках ролика, то все получилось. То есть ролик осмысленно сфабрикован". Не только Антон, но и многие другие люди провели альтернативные эксперименты, которые показали отзывчивость русских людей. ""Научное знание требует повторения эксперимента. И я лично повторил этот эксперимент в Санкт-Петербурге, где снимался и оригинальный ролик", - сообщил Антон Вуйма. Он изобразил, что ему стало плохо около станции метро Электросила. По словам Вуймы, в течение 20 секунд к нему подошло восемь человек и предложили помощи. "Причем толпа вокруг меня увеличивался с огромной скоростью и если бы я полежал еще минуту, то там было 30 человек. Наши люди не просто готовы были помочь, но тут же пытались определить диагноз болезни дать лекарство от него. Тут же создали штаб помощи. Где кто-то вызывал скорую, а другие думали, как меня спасти. И эти люди были с тяжеленными сумками и явно идущие по своим делам", - отмечает экспериментатор".

Случайный читатель. 23 августа 2015 13:49:56

Полностью согласна с Еленой))) совершенная неправда, что никто не подойдет, сама всегда подойду и не раз подходила и помогала)

Случайный читатель. 23 августа 2015 13:47:01

Если бы эксперимент был проведен не СПб, а в Сибири, еще где-нибудь в провинциальном городе, то результаты были бы иными, помогли бы... Я вообще не считаю, что центральная Россия - это лакмусовая бумажка для оценки всего населения России.

Гость 27 ноября 2016 01:20:46

Не знаю, кто проводил эти опросы и писал эту статью, но правды в ней мало. Не надо молиться на Запад!

Развитие темы

Самые популярные материалы