Рэкетные чувства

Рэкетное чувство — замещающее чувство, оно замещает настоящее, аутентичное чувство, эмоцию или потребность.

Чувство рэкета определяется как чувство, зафиксированное и поощряемое в детстве, переживаемое в различных стрессовых ситуациях и не способствующее взрослому решению проблем.

Например, женщина, будучи девочкой, научилась в своей семье справляться с гневом — болея. Будучи уже взрослой и имея взрослые ресурсы, она по-прежнему использует энергию гнева для его подавления, для сдерживания, для переключения на другие чувства — печали, обиды, зависти, огорчения или на телесную боль. Например, она заболела, получила заботу от близких людей, очередной раз подкрепила поглаживаниями правильность выбранного способа реагирования. Но она не решила проблему, связанную с возникновением гнева. Источник остался, и он будет вновь вызывать гнев.

С каждым разом требуя больше сил и энергии на сдерживание гнева. Психосоматическая​ болезнь — диагноз, который поставят женщине, и будут лечить тело. Болеть не стыдно. Признать же свою некомпетентность, несостоятельность или поражение в какой-либо области жизни — стыдно. Образ врача знаком и социально поощряем. Образ психолога, психотерапевта непривычен. Психосоматические болезни надо лечить, но врач будет лечить только тело. Если не лечить «душу», то возникает парадокс. Лечение тела без лечения души усиливает систему рэкета и делает болезнь «неизлечимой». Пациент получает от врача поглаживания в виде внимания к болезни, заботу, лекарства, процедуры, рекомендации оставаться в постели. Иногда врач становится единственным человеком, который интересуется пациентом. Врач может годами лелеять симптом, входя в симбиотические детско-родительские отношения и наказывая пациента за попытки проявления им аутентичных чувств. Например, радости по поводу улучшения самочувствия или гнева по поводу бесплодности лечения. «Я не буду тебя любить, если ты поправишься», — скрытое послание врача. Психологическая стратегия иная. Задача психотерапевтической работы — зрелая личность клиента, способная самостоятельно справляться с возникающими проблемами. Личность с доминирующим Взрослым эго-состоянием, которая делает самостоятельный выбор — быть здоровым или больным.

Рэкет представляет собой проигрывание устаревших стратегий поведения, часто принятых в детстве и помогавших в те далекие времена. Но в настоящем-то они уже не являются успешными стратегиями.

В детстве ребенок, демонстрируя рэкетные чувства, получал от родительских фигур долгожданное поглаживание. «Здесь и сейчас» в окружении уже взрослого человека всегда найдется тот, кто даст эти поглаживания, так как мы сами выбираем свое окружение. Каждый раз в стрессовой ситуации эти детские паттерны будут повторяться бессознательно. Однако подлинные чувства и потребности останутся неудовлетворенными. Загнанные внутрь, они будут проявляться в виде психосоматических реакций, фобий, приступов панической атаки.

Дети учатся испытывать чувства рэкета как средство удовлетворения своих потребностей в семье, как способ получения поглаживаний. Мальчиков учат подавлять страх, печаль, боль, зато можно сердиться, проявлять агрессию. «Не плачь, ты же мужчина. Мой маленький солдат!» Так в мужчине развивают рэкетные гнев, агрессию, чтобы заместить страх и боль. Девочек же учат заменять гнев на плач или печаль, даже если им хочется дать сдачи. «Ты же девочка, разве можно драться!»

Культура, религия, идеология общества также используют систему рэкета. Поразительно то, что обоснования для рэкетных чувств добропорядочны, праведны и справедливы.

Вот пример, рассказ участницы нашей терапевтической группы. Елена, 38 лет, врач. «Мне было десять лет. Отец тогда работал на комбайне. Он брал меня в поле. Была осень. Мы встали очень рано, еще до рассвета. Когда подошли к полю, рассвело. Огромные поля золотой пшеницы, как живые, двигались от малейшего ветерка и переливались. Мне казалось, что они живые и разговаривают со мной. Радость, восторг. Острое чувство единения с миром, природой. Вдруг страх — неприлично так радоваться, ведь кругом люди заняты тяжелым трудом, день и ночь убирают урожай. А я веселюсь?! Вина, печаль сменяли радость. Оставаться в поле уже не хотелось». Это яркий пример замены аутентичной радости на рэкетный страх, вину. И обоснование наполнено праведным гневом: «Радуешься, а люди мучаются». Почему нельзя трудиться с радостью?

Национальные стереотипы замены аутентичных эмоций на рэкетные чувства хорошо прослеживаются в народных сказках, фольклоре. Иванушки, Емели обычно страх подменяют пассивным глупым поведением. «Ваньку валяют». Много пословиц, поговорок указывают на способ подмены или являются предостережением для проявления аутентичных чувств и эмоций. Например: «Рано пташечка запела — как бы кошечка не съела», «Смех без причины — признак дурачины», «Много смеешься — будешь горько плакать».

Для терапевтической работы важно различать рэкетные чувства и скрывающиеся под ними аутентичные, истинные чувства. В транзактном анализе принято, что аутентичных чувств, как первичных эмоций, всего четыре: гнев, печаль, страх, радость. Это первый признак отличий.

Рэкетных чувств бесконечное множество, например, смущение, ревность, депрессия, вина, обида, чувства растерянности, фрустрации, беспомощности, отчаяния, непонимания и т. д.

Может возникнуть вопрос, в связи с чем рэкетные чувства иногда носят такое же название, как и аутентичные? Печаль, страх, радость, гнев могут быть и рэкетными. Например, часто встречающаяся женская манипулятивная стратегия. Гнев открыто выразить нельзя, ведь женщина должна быть нежной, хрупкой и беззащитной. Зато можно поплакать, погрустить о том, что тебя не понимают. Обидеться, надуться. Аутентичный гнев женщина заменила эмоцией печали, но уже рэкетной. Для облегчения задачи распознавания рэкетных чувств существует второй признак отличий.

Аутентичные чувства приводят к решению проблемы «здесь и теперь», разрешению и завершению ситуации. Рэкетные чувства — не дают завершения.

Третий признак предложил Джон Томпсон. Он объяснил связь аутентичных чувств с решением проблем во времени. Аутентичный гнев помогает решить проблему в настоящем. Страх — в будущем. Печаль — помогает проститься с прошлым, завершить ситуацию и сказать ей «прощай!». Аутентичная радость — не имеет временных границ и сигнализирует «Не нужно никаких перемен!»

Рассмотрим пример. Виктор, врач 45 лет, ехал в вагоне поезда. Выйдя в тамбур, почувствовал запах гари и дыма. Аутентичное чувство страха было им подавлено на спокойствие. «Я мужчина, что буду, как баба, панике поддаваться». Он чинно сидел и ждал, когда кто-то другой рванул стоп-кран. Виктор помогал из задымленного вагона выносить вещи других пассажиров. Когда пожар разыгрался, и вагон начал гореть, он засобирался и был последним, кто покинул вагон. Он схватил, что под руку попало, когда выскакивал из горящего вагона. Обжег себе лицо и руки, шрамы остались. В той поездке Виктор вез важный груз, который полностью сгорел.

Итак, страх, который был аутентичным у Виктора в начале пожара, помог бы ему решить проблемы «в будущем» — его груз остался бы невредимым, не сгорел, его лицо и руки не обгорели бы. Виктор предпочел заместить страх равнодушием и спокойствием. После пожара ему пришлось уволиться и переехать в другой город. Гибель груза ему не простили. Переезжать в другой город не захотела жена, они расстались.

Известный современный транзактный аналитик Фанита Инглиш («Рэкет и реальные чувства», ТА, 1971. № 4) подробно проанализировала этапы возникновения рэкета. По ее мнению, существует три аспекта восприятия чувств у зрелой личности: осознание, выражение и действия.

Осознание — знания о себе, внешние и внутренние. Используя пять органов чувств, человек получает информацию от ощущений своего тела. Он отфильтровывает переживания и приходит к уверенному осознанию происходящего с ним, миром и телом в настоящий момент. Например, человек видит, слышит и осознает, что сейчас испытывает острую боль в мизинце левой ноги, на которую наступила любимая собака.

Выражение чувств это их демонстрация с помощью тела или слов. «Пошла прочь, глупая собака»,— говорит человек и выдергивает ногу из-под лапы животного. Действия обычно направлены на кого-то или что-то, например, на собаку. Перед тем как совершить действие, мы делаем выбор между активным действием и пассивным бездействием. Шлепнуть собаку или нет? У взрослого человека есть возможность сделать выбор осознанно, совершить действия и выразить свои чувства. У маленького ребенка нет возможности сделать такой выбор осознанно, так как перечисленные три аспекта восприятия чувств у него формируются не одновременно. Ребенок начинает осваивать действия (третий аспект) одновременно со спонтанным проявлением эмоциональных реакций (второй аспект) и это происходит раньше, чем появляется осознавание себя (первый аспект). Поэтому осознание за ребенка совершают взрослые. Ребенок выражает чувство, а родитель его называет, озвучивая одновременно причину и последствия. Например, «Ты сейчас вздрогнул? Тебе страшно. Иди ко мне на ручки, мама тебя защитит, ты такой беззащитный, а мир суров». Ребенок будет использовать свое Взрослое эго-состояние для осознания, но позже. Обычно, Воспитанный, адаптивный Ребенок принимает и соглашается с родительской интерпретацией происходящего. Когда ребенок вырастет, его Взрослое эго-состояние, возможно, контаминируется детским эго-состоянием, скопирует родительские выводы. Он будет оценивать «вздрагивание» как реакцию испуга, а не возбуждения или холода, например.

Вернемся к рэкетным чувствам. В нашей семье две дочери-погодки — Катя и Ксения. Обе они тонко чувствуют свои границы и нарушение границ воспринимают весьма агрессивно. Предположим, что Ксеня без спроса взяла Катину любимую вещь. Увидев это, Катя разгневалась и ударила сестру. Ксеня расплакалась и прибежала к бабушке. Наша бабушка не психотерапевт, поэтому поступает стандартно, «по-человечески». «Ты же девочка, драться нельзя», — говорит бабушка. Тем самым игнорирует и запрещает чувство гнева у внучки. Бабушка дает реакцию только на действия. «Все споры надо решать мирно, — продолжает бабушка и дает стратегию. «Ты ведь умная девочка, Катя», — закрепляет поглаживанием.

Что делать и как воспитывать детей? Есть две стратегии, которыми мы активно пользуемся и как родители со своими детьми, и как терапевты в психотерапевтической работе. Первая стратегия— научить отделять чувства от действий. Вторая стратегия — научить выбирать оптимальные средства выражения чувств и наиболее результативные действия.

Вернемся к нашим дочерям. Родитель говорит: «Я вижу, как ты, Катя, сердишься на Ксеню. Но тебе не позволяется ее бить». Родитель не игнорирует, а принимает чувство гнева, но не разрешает повреждать сестру. «Ты можешь кричать, орать, возмущаться, бить «грушу» (у нас есть боксерские перчатки и груша), любыми способами выражать свой гнев, но не бить сестру». Девочки учатся делать выбор между выражением чувств и действиями. Разведение чувств и действий позволяет взять время для осознавания своих чувств и мотиваций действия. А в дальнейшем — для осознания своего желания построить иные отношения друг с другом, более ясные, прозрачные. «Мне не жалко дать тебе свою вещь. Я прошу тебя, в будущем не бери мои вещи без разрешения»,— говорит Катя сестре. В такой ситуации у девочек нет запрета на проявления гнева, нет замены на рэкетные чувства. Они ищут, экспериментируют и находят новые цивилизованные способы взаимодействия и выражения эмоций без рукоприк­ладства.

Рэкетные чувства, так же как и аутентичные, можно проявлять сразу — «здесь и теперь», а можно накапливать для того, чтобы использовать позднее. Есть выражение — последняя капля в чашу терпения, которая позволяет опрокинуть всю чашу на обидчика. Накапливание по каплям рэкетных чувств называется сбором марок. Как дети собирают марки, купоны, этикетки, пробки, чтобы потом получить приз. Или собирают монетки в копилку, чтобы сделать себе подарок, желанную покупку. Так и мы откладываем на потом, копим рэкетные чувства. Зачем? Чтобы потом получить награду или расплату.

Например, мужчина терпит свою жену, которая активно делает карьеру. Его аутентичное чувство страха одиночества, покинутости, замещено рэкетной обидой. Он открыто не проявляет своих аутентичных чувств. Он не говорит своей жене правду:

«Милая, я так боюсь тебя потерять. Ты для меня свет в окне, смысл моей жизни, счастье и спокойствие». Очень вероятно, что женщина после таких слов не останется равнодушной и сделает все, чтобы больше быть рядом с этим мужчиной. Однако реально муж демонстрирует рэкетное равнодушие и накапливает марки обиды для расплаты. Когда «чаша терпения» переполняется, он высказывает все о своих обидах. Жена уходит. Он остается один. Его расплата — одиночество, которого он так боялся.

Купон, или марка — рэкетное чувство, которое человек собирает с целью последующего обмена на негативную расплату. См.→

Есть ли у Вас копилка? Если есть, представьте, что вы бьете ее огромным молотком и разбиваете вдребезги. Или топите в синем море, подвязав к любимой «кошечке» или «свинке» приличный булыжник.

Освободитесь от тяжести накопившихся эмоций. Проститесь с ними. Крикните громче «Прощай!».

Следующий этап терапевтической работы — обучение клиента выражать свои чувства, не накапливая их. Для этого мы используем техники поведенческой психотерапии, основанные на выработке и закреплении новых поведенческих навыков. На этом этапе мы активно даем клиенту домашние задания. Эта работа по адаптации нового опыта клиента в его микро- и макросоциуме. Он учится строить новые взаимоотношения и одновременно анализировать свои чувства, действия и мысли, которые возникают при этом. Он выстраивает новую систему обмена поглаживаниями и поощряет себя за успех. См.→

Итак, рэкет представляет собой систему сценарных паттернов поведения, которые используются вне осознания, как средство переживания чувств рэкета. Рэкет — это процесс, цель которого получить поглаживание за рэкетные чувства. Мы неосознанно искажаем восприятие реальности вокруг нас, игнорируем свои потребности, играем в психологические игры и получаем фальшивые поглаживания. См.→

Для отправки нажмите Ctrl+Enter, осталось символов для ввода: 1000

Комментарий принят на модерацию

Развитие темы

Самые популярные материалы